Плакать не надо, Вы, — будем как чайки Египта…Мысли мои несмышленыши — мне вас не додумать.Надежды мои необитаемые — ни в небе.Спите, о спите, свирели, как звери, — эхо ваше замерзло.Женщина, Вы — о любовь детского Дон Жуана!..Чайки, всё чайки. И море в мокрой сутане.Солнце соленое ползает, щеки щекочет,или это кровинки моря мои?Туман. Знак знакомый луны в океане,теплая тень сосны на песке последней, в пустыне.Плакать не надо, Вы, — это лицо мое на дне бокалав той кровинке вина морской, скоморошьей.Туман — бег белый коня в копытах.Минет и третий звонок. Пора перекреститься.(Был скоморох — стал монах. Месть моде.)Где же четвертый? Не быть. Не услышим.Плакать не надо, Женщина, Вы, мы оба — только объятья…
Этот эпилог
Слушай! я говорю — горе! — себя кляня,в тридцать седьмой год от рожденья меняблагодарю вас, что и в любви — была.Смейся! мой смертный час — не берегла.О пустяк! предоставь мне самому мой крах.Я, прости, перестал в этой любви в веках.Мантию не менял. Пусть постоянен трон:эта любовь — моя, и не твоя, не тронь.Минет моленье утр. Вы подарили размного-много минут. Благодарю вас.Млечных морей слеза не просочится в миф.Благодарю за — ваш, любимая, мир:ваш — соломенный клад, плавающий на плаву,ваш — без звезд и без клятв, ваш — лишь наяву,ваш — вечный вертел, поровну — твердь и сушь,ваша телесность тел, одушевленность душ.Кто я? — паяц, бурлак, воин, монах, король? —что вам! а боль — была. Благодарю боль.На море вензеля. Песок утоптан, как воск.Ваш, египтянка, взгляд, взлет ваших волос,лунная леность лиц, ваших волос сирень,рой ваших ресниц, или сердца секрет.Над взморьем звезда Пса. О спите, судьбу моля,чтоб в тридцать седьмой год — от рожденья меняне опустить так — голову ниже плеч.Боже — моя мечта! — но и мечта — меч.Как золота земля, ходит в воде волна,биться былинкой зла, шляться в венце вина,волком звезде завыть, смерть свою торопя,плакать, тебя забыть и — не любить тебя!