Открыв глаза, я увидела кровь на своих руках. Еле поднявшись, я добралась до душа и включила воду, стремясь смыть с себя всю эту грязь. Слёзы и кровь смешивались с водой и исчезали в водосточной трубе. Ещё никогда я не чувствовала себя так паршиво. Как теперь жить с этим грузом на душе? Как вообще теперь выбраться из этой ловушки? Что меня ждало завтра утром? Смогу ли я теперь уехать, после того, как я вонзила нож в короля? Я не жалела об этом. Я убила бы его, не появись этот незнакомец. Я вонзала бы и вонзала в его тело нож, пока бы он не испустил свой последний вздох. Такой как он не заслуживал жизни.
Немного успокоившись, я поднялась, держась за стену, и подошла к зеркалу. На скуле красовался тонкий порез от кольца. Щека горела адским пламенем и была красной. На шее уже начинали алеть отпечатки его пальцев. С запястьями обстояли те же самые дела. Не удивлюсь, если через несколько часов появятся страшные синяки по всему телу.
Загнав обратно слёзы, которые готовы были снова политься новым потоком, я умылась и натянула на себя джинсы и рубашку. Надо было позвонить Джейку и попросить забрать меня отсюда. Я больше не могла оставаться здесь.
В спальне послышался грохот. Я прижалась ухом к двери ванны и поняла, что ко мне ломились. Стража ещё раз налегла на дверь, и кресло, скрипнув, отъехало в сторону. Я дрожащей рукой открыла дверь, ведущую в ванную. В комнате было человек семь, не меньше.
— Именем короля, вы арестованы, — отчеканил один из гвардейцев.
— На каком основании? — пискнула я, пятясь назад.
— Вы обвиняетесь в покушении на жизнь короля и приговариваетесь к смертной казни, — кровь отхлынула от моего лица. Вперёд вышел Аспен.
— Прости, Оливия. — Звякнули наручники.
— Нет, — я бросилась в сторону балкона. Не знаю, на что я надеялась? Выпрыгнуть? Гениально! Меня схватили и прижали к стене, застёгивая на руках наручники.
— Осторожнее, — рявкнул Аспен.
— Аспен, я ничего не делала, — крикнула я, вырываясь. — Аспен, Господи, я ничего не делала. Прошу тебя, поверь мне, — он покачал головой. — Аспен, он пытался изнасиловать меня, поверь мне, — Аспен в ужасе распахнул глаза, но ничего не ответил. — Позвони Джейку. Молю, позвони ему. Здесь что-то не так. Аспен, позвони Джейку, — визжала я, когда меня выводили из комнаты. — Аспен, прошу тебя, позвони, — я вырвалась, но какой-то стражник ударил меня, и мир подёрнулся чёрной дымкой. Последнее, что я увидела, как Аспен ударил гвардейца, который поднял на меня руку.
========== Глава 33. Западня ==========
❃ ❃ ❃ сейчас ❃ ❃ ❃
POV Максон
Я не помню, когда в последний раз проводил время с Кэролайн. Мы не выходили из моей спальни уже вторые сутки, скрываясь от всего мира. Не было никакой войны, торговли, политики и вечно недовольного короля. Мы были просто отцом и дочерью, которые валялись в постели, смотрели мультики, читали сказки, рисовали и болтали.
Со смертью Крисс в душе поселились пустота и одиночество. Она была частью моей жизни, а теперь её не было. И как же опрометчиво было бежать в её комнату, чтобы показать нарисованный Кэролайн пейзаж. Там было пусто. Заправленная кровать, плотно задёрнутые шторы, пустые шкафы. Буквально за несколько дней это место опустело так, словно здесь никто и не жил. Некоторые вещи мать Крисс пожелала забрать себе, другая часть отправилась на чердак.
— Мама не любила идеальный порядок, — сказала Кэр, заглядывая в её комнату.
— Она любила творческий беспорядок, — вместе произнесли мы и рассмеялись. Крисс всегда так говорила, когда в покоях без неё самой прибиралась прислуга. Крисс легко было увлечь. Если ей что-то нравилось, она погружалась в это с головой. Когда родилась Кэролайн, она попробовала себя в роли швеи, даже пыталась что-то вязать на первых порах. Потом очередь дошла до бисера. В последствии мы ещё долго натыкались по всему дворцу на маленький стеклярус. Рисованием она занималась недолго, потому что Кэр решила внести свою лепту в картину, которую Крисс рисовала пару месяцев. Она лишь посмеялась и, махнув рукой, убрала все краски в дальний ящик. Мало кто знал, что большая часть поделок, расставленных по всему дворцу, были созданы Крисс.
— Даже её платья забрали, — шмыгнула носом Кэр, открыв платиной шкаф. — Я любила в них наряжаться. Почему они ничего не оставили? — я присел рядом с ней.
— Держи, — я достал из кармана кольцо Крисс, которое она носила не снимая. — Она бы хотела, чтобы оно было у тебя.
— Оно большое, — пропыхтела она, пытаясь удержать на пальчике колечко.
— Носи на цепочке, а подрастёшь, оно будет тебе впору.
— Спасибо, — я крепко обнял её, вдыхая её запах. — Пап, ты меня задушишь, — прохрипела она, рассмеявшись.
— Я люблю тебя, — прошептал я, пытаясь справиться с подступающими слезами. — Я так сильно тебя люблю.
— Я тоже люблю тебя, пап, — я поцеловал её в макушку и отпустил. В комнату вбежал Одди с перевязанной лапкой. — И тебя люблю, — Кэр подхватила щенка и звонко поцеловала.
— Кэролайн, я хочу, чтобы ты поехала в Колумбию к своей бабушке, — выпалил я, передёрнув плечами. Спина болела уже меньше, но появился неприятный зуд.
