Казалось, Кэрл, затаив дыхание, уже не дышит.
– О чем ты, Тони?
– Что бы ты сказала, если бы увидела еще одного такого Тони?
– У тебя есть брат-близнец?
– Есть, но не близнец. Он моложе меня на два года, и мы так похожи, что только родители могут нас отличить. Когда я отслужил положенный срок, сразу же отправился служить мой брат Артур. Когда он прослужил полгода, пришло письмо. Его отправляют в Афганистан.
Мать была в ужасе. Мы с ней приехали в воинскую часть, проводить его. Если бы ты знала, как наша мама плакала. Она говорила, что больше не увидит его, сердце ее чувствует. Хотя он и похож на меня, но характер у него очень мягкий. Увидев, как мама переживает, я предложил заменить брата. Всего-то надо было переодеться, кроме нас никто и никогда не догадается. Вначале брат отказывался, но я убедил всех. Переодевшись, я забрал его оружие. Но теперь, мама с братом стали плакать из-за меня.
Тони замолчал, было видно, что он вновь все вспомнив, переживает. Кэрл смотрела на него, зрачки у нее расширились. Все им сказанное четко проплывало перед ее глазами, она стала свидетелем драмы, разыгравшейся в этой семье. Матери пришлось выбирать между сыновьями. Эта сцена поразила ее в самое сердце.
– Через неделю, патрулируя, мы попали в засаду. Из тридцати человек выжили трое. Я и двое солдат. Было еще много боев, но я ни разу не был ранен, это при том, что вокруг меня, было много потерь.
Судьба благосклонно относилась ко мне. И оставалось всего три дня до конца службы, каких-то, семьдесят два часа, Кэрл. Но голос мне напомнил: «За все надо отвечать». Я все пытался объяснить, нет никакой разницы между мной и братом. Разве кому-то стало бы легче, если бы его ранили, или хуже того, убили. Я напомнил ему, что старался противника только ранить, и надеюсь, что никого не убил. Всегда стрелял в правое плечо. И мне доставалось за это. Слишком много одинаково раненых было с той стороны. Но все было тщетно, я был не согласен с ним, а он со мной. Меня это обижало, страх пропал, я стал циничным, появилась какая-то апатия. Рассвет просыпался, вся низменность стала заливаться солнечным светом. Развязка была близка.
Приготовившись бежать живой мишенью, захотелось в последний раз посмотреть назад, откуда я ушел, оставив свое прошлое. Когда я повернулся, то увидел позади себя странные тени. «Наверное, такие же камни», – подумал я. Но вдруг стал четко различать в них погибших сослуживцев. На их лицах светилось умиротворение. Меня привлек один из них, с ним я повздорил до начала боя, потом он погиб. Мы так и не успели помириться. Мне очень хотелось знать, он по-прежнему обижается? Словно прочитав мои мысли, он вышел из строя, улыбаясь, показывал мне рукой в ту сторону, куда я должен бежать. Мои погибшие сослуживцы до конца были со мной и верили мне. Значит, я не предал никого.
Это придало мне силы. Постепенно, набирая скорость, я бежал все быстрее и быстрее, осознавая, что так долго человек не сможет бежать, и скоро силы покинут меня. Услышал слова: «Тони, Тони не отчаивайся, Тони, борись!»
Посмотрев направо, увидел рядом с собой летящего ангела. Мне стало тревожно. Подумал: «Показалось, все». Решив, если и слева от меня будет ангел, значит, так оно и есть. Заставив себя посмотреть налево, увидел как два ангела в белом одеянии сияли ярче солнца, не ослепляя меня. Меня охватило тихое ликование. Они, улыбаясь, указывали мне дорогу и поднимали мой дух. Я радостно ощущал их великолепное присутствие.
Побежал не то что быстрее, а просто полетел, я не чувствовал под собой земли. Иногда, каким-то образом, мне удавалось видеть себя бегущего, сверху, с высоты птичьего полета. Все не мог вспомнить, где я видел такую картину. Только потом, позже, вспомнил. Этот бег у меня ассоциировался с гоночной машиной, мчащейся по бездорожью, оставляющей за собой шлейф пыли.
Перейдя границу, я достаточно легко обнаружил лагерь Красного Креста. К своему удивлению, там я встретил того самого врача, из-за которого так повернулась моя судьба. Он был рад нашей встрече, называл меня своим спасителем.
Кэрл, у меня тогда к нему было двойственное отношение. Я спас его, но сам оказался на чужбине, и потерял все, что имел. Он мне помог с переездом в Соединенные Штаты. Некоторое время жил у его родственников.
Решил попробовать вернуться к одной старой своей мечте. До службы в армии, я играл в футбол. Теперь представилась возможность реализовать ее. Полгода ушло на восстановление потерянной спортивной формы. А потом, у меня пошла игра, и даже, весьма успешно. Заработал больше десяти миллионов долларов, и почти столько же на купленных ими акциях.
На себя я тратил очень мало: не было семьи и постоянного дома. Полгода назад из-за полученной травмы, пришлось уйти с работы. Сейчас я на пенсии и получаю ежемесячную страховку.
Теперь, ты сама видишь, все, что хотел в детстве, я получил, но потерял семью. Все для меня стало бессмысленным. – Встав с места, он стал нервно ходить по берегу, вокруг нее. – Кэрл, когда я вижу семьи у людей, окружающих меня, я радуюсь за них.
