Правильная интерпретация слов Иисуса Христа может быть только такая: человек, живущий настоящим, становится «птицей небесной, которая ни сеет, ни жнет и проч.» и достигает вечности («вечное становление», по Ницше), т. е. состояния внутреннего блаженства, когда «времен нет», оно «исчезает». Это и есть Царство небесное внутри вас. Там, где собираются двое и трое во имя Иисуса, Царство Небесное становится земной реальностью, которая есть любовь между людьми. Почему это было не сказать простыми словами с самого начала, я не постигаю.
Чудеса бывают разного рода.
Есть, например, чудо как нечто необъяснимое – такие чудеса обречены на разоблачение (разъяснение).
Есть чудеса невероятные – то, что невозможно помыслить, представить, что выбивается из обычного представления о мире. Такие чудеса вечны.
Есть, наконец, чудо открытия, озарения, постижения новой реальности, скрытой от глаз, мыслей и чувств большинства людей.
Очевидно, что загробная вечность должна включать в себя и вечность земных воспоминаний.
Но как тогда возможно блаженство? Ведь у каждого из нас есть такие воспоминания, от которых можно сойти с ума.
Апелляция к Богу в вопросах добра и зла мало что проясняет, ибо Он неподотчётен нам в своих деяниях и намерениях. Хочет ли Он добра? Сотворены ли мы добрыми? Библия содержит поразительные примеры садизма, вполне одобряемого Богом, более того, ни один злодей в истории не истреблял людей с таким сладострастием и в таких количествах, как Он. Поскольку верующий человек не может не одобрять эти поступки своего Господа, то вера в его изначальную доброту выглядит не вполне обоснованной.
Западная христианская культура исходит из предпосылки, что человек зол. По-моему, это вопрос выбора, то есть веры – со всеми последующими заблуждениями и практическими ошибками.
Человек рождается невинным животным с вложенными в него инстинктами и способностью к усвоению исторически обусловленных знаний, верований, предрассудков. Он может вырасти добрым. Но даже добрый человек опасен.
Большинству Божьих чудес, на которые ссылаются богословы, больше подходит название фокусов (по их никчёмности).
Главное возражение против чудес состоит в том, что они ничего не стоят Творцу.
Молитвы бесполезны. Бог сотворил мир и блаженствует в Дне седьмом, вечном воскресенье.
«Всемогущество всего могущественнее, когда абсолютно ничего не делает».
Конструктор Клапауций из «Кибериады» Станислава Лема
Церкви во всём мире утратили способность говорить с людьми с любовью – в этом всё дело.
И это ужасно.
(При том, что говорить с любовью и источать елей и патоку – не одно и то же.)
Насколько мне известно, богословская мысль прошла мимо главного вопроса. Занимаясь вопросом, как Иисус воскрес (в чём для всесильного божества нет ничего трудного), она не удосужилась объяснить, как Бог умер, превратившись в ничто.
Помимо всего прочего, это требует объяснения, была ли у Иисуса душа?
Св. Августин принял христианство, следуя настоятельным требованиям совести и интеллекта.
Это вызывает к нему искренние симпатии.
Но спустя 1500 лет христианство было отвергнуто людьми по тем же причинам.
Религия не то, чтобы «отмирает», но постепенно уходит в область «теневой культуры».
Меня тревожит только то, что её туда вытесняет отнюдь не атеизм и научное мировоззрение, а сытая пошлость и чисто подростковое хулиганство.
Не язычник, не грешник, не гонитель, а сытый и опекаемый медициной человек встал непреодолимой скалой на пути современного христианства.
Страсти Иисуса не уникальны. Миллионы людей претерпевали подобные и еще более немыслимые страдания, в т. ч. добровольно и за самые дикие предрассудки. А для всемогущего бессмертного существа это всё не более чем недостойные божественные фокусы, которые ему ничего не стоили (сам умер – сам воскрес, для Бога это так же просто, как для нас зевнуть; а страдал он не своей божественной, а нашей человеческой природой, т. е. вообще не страдал как Бог).
Бог не страдал, т. к. лишён такой способности, божественная природа совершенна и не подвержена страданию. Страдал Иисус-человек (даже если считать его Богочеловеком, то всё равно он страдал нашей, человеческой природой; это всё равно как мы бы смогли почувствовать страдания раздавленного муравья – но это не было бы связано для нас ни с малейшим ущербом), что делает его пример банальным в человеческой истории. Не банальна только мотивация, как сказали бы сейчас.
Библия говорит о творческом удовлетворении Господа: «И увидел Он, что это хорошо». Но ведь, несмотря на грандиозность Вселенной, сотворить её для Бога – сущий пустяк. По сравнению с Его творческой мощью все Его творения суть безделицы.