| But this thought of hers was doomed to disappointment, because his mood had changed for the time being, and he was anxious to get back to New York, and, eventually, to Berenice. | Но ее попытка была обречена на неудачу, так как настроение у Каупервуда было теперь совсем другое: он рвался назад, в Нью-Йорк, а потом к Беренис. |
| Noticing, however, that her clothes reflected a less successful state of affairs than when he had last seen her, he was moved to inquire into her life, and finding that her popular appeal had shrunk and her income also, he did pretend an interest in her welfare, and assured her that he would arrange a stable drawing account for her, and furthermore would see what he could do toward interesting a theatrical producer in her career: a series of favors which effectively rekindled her original courage and gaiety. | Заметив, однако, по одежде Лорны, что дела ее идут много хуже, чем в ту пору, когда они виделись в последний раз, Каупервуд решил расспросить девушку, как она живет; выяснилось, что ее успех у публики стал неизмеримо меньше, а с ним уменьшились и доходы. Тогда Каупервуд сделал вид, будто он озабочен ее благополучием и обещал открыть в банке постоянный счет на ее имя; более того: он постарается заинтересовать ею какого-нибудь театрального режиссера, - словом, он посулил ей уйму всяких благодеяний и этим сразу воскресил ее былой оптимизм. |
| But once he was aboard the train and it had begun to move past Lorna as she stood on the platform waving a final and wistful farewell, he could not help thinking on the changeful crisscross pattern woven by all creatures and forces. | Но когда он оказался в вагоне и поезд тронулся, а Лорна, стоя на платформе, в последний раз печально махнула ему на прощанье рукой, Каупервуд невольно задумался над изменчивым переплетением человеческих судеб и страстей. |
| For here he was, being attacked by these Chicago stockholders and at the same time watched by the daily press, as well as Aileen in New York, and, for that matter, the beautiful Berenice in London, who, reasonably enough, did not trust him any more than did Aileen. | Взять хотя бы его: на него нападают чикагские акционеры, за ним неусыпно следят газеты, Эйлин шпионит - из Нью-Йорка, да и прелестная Беренис - из Лондона; Беренис доверяет ему не больше, чем Эйлин, - и не без оснований. |
| And yet, for what reason? | А все из-за чего? |
| Emotions, sensual predilections, reactions to other types of human beings, which were not of his invention or creation. | Из-за его влюбчивости, его темперамента, из-за того, что его влечет к человеческим существам другого пола, но ведь эти чувства не им созданы и не им придуманы. |
| Clack, clack, clack! went the wheels on the rails. | Мерно постукивали колеса. |
| Too-hooo! Too-hooo! the whistle of the engine. | Протяжно гудел паровоз. |
| And a level landscape flowing, not unlike time, past the window through which he gazed, reflecting dreamily on life, time and change. | А за окном мимо Каупервуда проносились поля и равнины, как проносится неудержимым потоком время, - и он сквозь дремоту думал о жизни и о тех переменах, которые несет с собою бег времени. |
| Chapter 56 | 56 |
| When Cowperwood went to see Aileen in New York on his return, he met with a pleasant surprise, for since he had been away she had been thinking about the value of his suggestions in regard to possible enlargement of the house, and his expressed desire to consider her taste in regard to the alterations. | Вернувшись в Нью-Йорк, Каупервуд решил навестить Эйлин, и тут его ждал приятный сюрприз. За это время она много думала о его предложении расширить и перестроить дом, сообразуясь с ее вкусом. |
| This had pleased her beyond anything he could have said. | Он не мог бы предложить ей ничего приятнее. |
