Макс тяжело дышал. Так, что, казалось, его сердце вот-вот сломает ребра, чтобы вывернуть легкие удары в границы подвала, вмешаться в такт музыки, которую создавали падающие капли и ветер, врывающийся с улицы через маленькое окошко у потолка. Создать потрясающую мелодию боли и воспоминаний, чтобы границы разума ломались под сильным напором симфонии. Тело Макса пронизывали боль и радость, удовольствие и мерзость. Странное чувство долга. Знаете, словно каждый сантиметр планеты дышал в такт, оставляя на губах грубые рубцы ножей. Мелисса едва улавливала эту восхитительную картину. Она молчала. Девушка смотрела на руки парня. Они дрожали. Казалось, вены становились все больше, наполняемые черной кровью. Они готовы были взорваться, рисуя толстыми линиями на коже свои странные узоры.
- Тише – Мелисса положила ладонь на руку Макса – Успокойся!
Девушка чувствовала, как кровь стремительно несется по венам. Казалось, она даже ощутила тот страх, что вырывал мышление из потухшего разума Макса. Единственное касание – вход в другое измерение. Лифт в мир, где бессилен атом, где нет соблазна жить, лишь бесконечные оды смерти. Мелисса могла почувствовать даже, как резко скачет пульс молодого человека. Он, словно утопающий в бесконечном океане, звал на помощь, но слова его были молчаливы. Наверное, бури эмоций заполняли организм.
- Что ты делаешь?
Парень почувствовал, как нежная ладонь гладит его кожу. Такое восхитительное спокойствие, как взрыв после долгой войны, способный уничтожить технику и снаряды, желающий принести планете тишину. Стереть с физиономии Земли всех этих тварей, что впивались в глотку братьев ради наживы. Принести в лапы одиночества целую планету, чтобы природа вновь смогла творить свои шедевры, создавая заново длинную вереницу событий. Такие нежные касания. Казалось, в организме Мелиссы столько тепла, что оно готово пробраться в душу Макса и, тонкой вуалью легкости, обтянуть страшные воспоминания, спрятанные в самых недрах разума. Она так нежно гладила грубую кожу. По телу Макса пробежала дрожь удовольствия. Сотни картин смешались в голове. Дыхание сбивало ритм, а сердце начало стучать плавно и равномерно. Еще секунду назад парень был готов открыть дверь психическим расстройствам, чтобы они ломали реальность, рвали ее на мелкие кусочки, а сейчас он уже даже не помнил, куда положил ключ от ворот разума. Все чувства слились в один момент. В этот миг не было ничего другого, кроме удовольствия, что, подобно рекам, растекалось по организму, одаривая самые сухие зоны своим великолепием.
- Прости – девушка резко убрала руку
- За что ты извиняешься? – недоумевая, спросил Макс – мне очень приятно, когда ты касаешься меня. Что тут плохого?
Нотка смущения пробежала между молодыми людьми, как секунда минует циферблат, чтобы вернуться на следующем круге, словно возродиться в другой, совершенно новой, жизни.
- В тебе так много печали – протянула Мелисса
- Боли – быстро поправил ее молодой человек – Это разные понятия
- Но, если осознание того, что я нахожусь в твоем подвале, не дает тебе покоя, вызывает мучение в твоей голове, то просто отпусти меня. Я буду держать язык за своими зубками, Макс, пожалуйста
- Я не могу – из уголков глаз молодого человека медленно покатились слезы – Я так давно был один, боже. Прости меня
- А где твоя мать, Макс? Ты мало говоришь о ней. Такое ощущение, что ненавидишь ее – Мелисса склонила голову
- А почему бы и нет? Для чего мне скрывать ненависть к этой женщине?!
В глазах Макса вновь вспыхнуло пламя ненависти.
- Она уничтожила мое детство! И если не София, то я никогда бы не забыл тех ужасов, что испытывал долгие годы
- Разве ты забыл их?
- Иногда, мне кажется, что это все осталось в прошлом, что я теперь в безопасности, далеко от тех дней, и они уже не вернуться в мою жизнь – Макс сделал паузу – Так и есть. Но меня никто не предупреждал, что память слишком сильна в масштабах эмоций и чувств. Она стирает грани, а эти приступы моей болезни становятся все мощнее, разрывая реальность
- Болезни? Что с тобой, Макс?
- Я не помню диагноза. Его вынесли уже очень давно. София посоветовала лекарства, теперь я употребляю их на завтрак, обед и ужин, до тошноты – парень достал из кармана фиолетовую баночку с таблетками счастья – И, знаешь, это помогает мне жить дальше. Иногда я даже улыбаюсь, стараясь забыть все лабиринты психики
- Макс – Мелисса очень нежно коснулась ладонью руки парня – Закрой глаза
- Зачем?
- Я хочу понять, что тревожит тебя, что ты видишь, когда уходишь от реальности, какие кошмары преследуют твой разум – девушка замолчала на секунду, но вскоре продолжила – Доверься мне, Макс
- Я не могу доверять людям
- Просто закрой свои глаза. Хорошо?
Молодой человек хлопнул веками. Они соединились, казалось, что ресницы сплелись между собой, не позволяя усталым зрачкам, которые отдавали холодом боли, запоминать сюжеты, милое лицо Мелиссы.
- Что ты видишь, Макс?
