Вдруг побеспокоенные им края воронки зашевелились и начали осыпаться внутрь, на сидящего под отверстием бойца. Веревка натянулась, словно он бросился в сторону. Движение мусора и пыли приняло масштабный характер и через несколько секунд стало ясно, что его не остановить. Веревка стремительно разматывалась, сталкеры отступали от осыпающихся под их ногами краев, пока наконец веревку не заклинило и движение почвы не остановилось, полностью заблокировав ход.
– Сага! – дернулся к засыпанному отверстию Яков.
Сталкеры бросились за ним, руками и сорванными щитками, словно лопатами раскидывая мусор и пыль, но все было бесполезно. Через несколько секунд, Калмык, регулярно проверяющий веревку на натяг вытащил ее. Ее конец был срезан.
– Приехали, – мрачно резюмировал Коваль.
Глава 10. Первый из Первых
Шакс получил звонок тогда, когда Ян и Яна, эти щуплые новоиспеченные брат и сестра их легиона, почти переродились. На меньшее тело потребовалось меньше времени, но и сил, чтобы они могли выдержать перерождение пришлось занимать у лежащих без сознания посетителей, чьи жизни сейчас питали подростков через Первого Демона.
– Говори, – приказал он в трубку.
Он знал по номеру из какого места ему звонят, и знал что эти звонки, наверняка из территории мусорных полигонов, сейчас крайне опасны для принимающего. Если это не заслуживает его внимания, то он оставит звонящего без всякого права впредь обращаться к Первым Демонам лично.
– Это дядя Женя, – неправильно произнося имя проскрипел голос.
– Что тебе нужно, червь? – презрительно сморщился Шакс.
Порученные ему самой Лилит подростки уже отходили за черту, за которой человеческий организм едва удерживает в себе жизнь даже у полноценных людей. После этой черты они должны будут очнуться или умереть, но умереть он им не даст, а некстати пришедшийся звонок только раздражал его.
– Господин, тут сталкеры. Ищут Лукавого. Привели Сумрака, Макса… он… он… он не может больше ничего. Даже говорить. Они сожгли его.
– Стакеры? Кто такие? Убей их и закопай, – прошипел Шакс.
Яна уже начинала подрагивать веками.
– Мы не можем. Они неприступны. Они убили всех, кто выжил. Они хотят видеть Хозяина, – проскрипел голос, – очевидно ему трудно было говорить, но он говорил все как есть.
Шакс на секунду потерял способность мыслить. Неприступны? Как такое может быть? Это невозможно, но в этом случае они представляли опасность и Хозяина нужно было предупредить.
– Хорошо, червь. Если ты останешься жить, ты будешь награжден.
– Спа… – послышался было голос, но Шакс уже нажал отбой и схватил другую трубку.
На мгновенье отвлекшись от перерождающихся, он набрал номер Королевы.
***
Ночь близилась к рассвету. Посеревшее на востоке небо, на фоне которого высились многоэтажки большого города еще мирно спали. Только в единичных окнах зажегся электрический свет людей, чья рабочая смена начиналась раньше чем у других. Неприметный подвальный тату салон по улице Василисы Кожиной, что возле ветеринарной лечебницы Мовет, казалось спокойно досыпал свои часы покоя, как и весь город, готовясь проснуться как и все, чтобы деловито открыть двери и принять новый посетителей. Только очень внимательный наблюдатель мог заметить людей в черном, укрывшихся за деревьями и держащих двери под прицелом коротких автоматов. Некоторое время назад сюда пришел звонок из полигона Хметьево, где в принципе не могло остаться никого в живых. По связи сообщили о сталкерах, которые ищут Нечистого. По сигналу немедленно стянули рассредоточенных бойцов, экранированных редчайшими "мухами", что заняло некоторое время. Несмотря на все старания и пустынные улицы, необходимые бойцы были стянуты к месту лишь через сорок минут. Наконец команда была дана и к дверям приблизился боец с набором инструментов для взлома двери. Несколько минут работы и легко щелкнув механизмом, замок откатил стальные пальцы из пазов, открывая двери. Взломщик тут же отошел обратно, а в помещение, прикрывая друг друга короткими убойными автоматами, потекли одетые в черное, с плотно прикрывающими лицо масками, бойцы спецназа. В окуляры маски интегрировались тепловизоры и приборы ночного видения, поэтому их проникновение внутрь не обозначалось посторонним светом. Снаружи осталось два коренастых стрелка с короткими пулеметами, чей калибр был непривычно большой для ручных пулеметов. Через несколько минут отряд вынырнул наружу, поднимая окуляры. Один из отряда отстегнул рацию и приложил ко рту.
– Опоздали. Так точно. Шесть трупов. Высушенные. Свежие. Молодежь, – несколько секунд молчания. – Никак нет. Не обнаружено, – пауза в несколько секунд. – Вызывайте.
