***
– Вот это я понимаю, техника! – восхищенно сказал генерал Войтенко. – Вот это братцы, машина! – он восторженно поднял обе руки зажатыми кулаками вверх.
Штабные офицеры всех мастей, разглядывающие мониторы где показывалось и от лица БР и с камер ДПР рубку мяса со всех направлений, восторженно улыбались. Они только в теории знали об эффективности этих машин, но в живую, да еще и в таком масштабе все видели впервые.
– Ай молодца инженеры, ай хорош наука! – орал Войтенко, не скрывая восторга. – Задали мы им жару, а? – спросил он у своего коллеги, голубоглазого лысеющего полковника, шуточно толкая его в плечо. – Какие потери, Юрий Николаич? Доложите?
– Отчего же не доложить, – совсем не по уставу ответил полковник, открывая папку с документами. – На итог боя, тридцать два ДПР выведены из строя, уж не знаем как это получилось, это менее половины процента, около тысячи временно, с различными степенями поломок, остальные практически невредимые, только отмывать надо и дезактивировать. Много радиационных пришло, господин генерал, – блестя вспотевшим лбом сказал полковник.
– Ты нам по касатикам нашим скажи. По боевым нашим роботам, красавцам нашим! – бросая взгляд на экраны, где транслировалось из камер ДПР продвижение внутрь задымленной территории, короткие выстрелы пулеметов по редким фигурам гнуса. Боевые роботы были далеко впереди казня последних зомби прямо на земле.
– По боевым роботам потерь нет, – ответил полковник.
– Т-а-а-к… а по чучелам этим сетчатым?
– По демонам… Согласно данных браслетов, погибло четыреста шестьдесят четыре особи, что составляет… – полковник наморщил лоб, производя простейшие вычисления, – сорок шесть и шесть процентов.
– Этот Лука и Королева его живы? – с некоторым неудовольствием спросил Войтенко.
– Так точно, господин генерал, – напрягшись, почувствовав изменение настроения генерала ответил полковник.
– Гаврилов! – крикнул Войтенко. – Дай мне центральный.
Из ниоткуда вынырнул Гаврилов с рацией и протянул ее генералу. Войтенко отставил ее подальше от себя, одолев недостатки зрения и набрал нужный канал. Ответили немедленно. Войтенко хмуро выслушал поздравления и далее отделываясь междометиями выслушивал то ли отчет, то ли приказ.
– Да… да… так точно. Хорошо… Конечно… Перекрыты? Ясно… – Постепенно его лицо светлело, он незаметно для себя кивал. – Вас понял. Конец связи.
Закончив он передал рацию Гаврилову. Затем обернулся оглядывая просторный кабинет штаба. Тут он был старший, на нем же была ответственность за проведение операции на этом участке, от первого до последнего шага. И вот пора заканчивать с оборонительной операцией.
– Согласно распоряжения главнокомандующего за номером тридцать шесть дробь семьдесят один от сегодняшнего числа, приказываю отключить нательные опознавательные браслеты инфицированных объектов. Перед отключением обеспечить сто процентную вероятность уничтожения объекта.
Обернувшиеся на него специалисты, сидящие над пультами, вернулись к экранам и кнопкам, набирая команды и проверяя камеры далеких и не очень ДПР, дежуривших рядом с демонами сидящих на берегах водоемов, специально возведенных для них понтонах, мостах и переправах. Хранившие тишину и покой в режиме ожидания до этого дизельные поисковые роботы запустили двигателя и повинуясь общей команде «охрана объекта» подъехали вплотную к демонам.
– Пост третий готов, – поднял первым руку один из операторов, отвечающий за десяток ДПР.
– Пост четвертый готов, – ответил следующий.
– Пост восьмой готов…
Операторы один за одним поднимали руки, обозначая готовность выключения опознавательных браслетов. То же самое происходило и на других участках, в других штабах, больших, как этот и малых, всего с десятком вверенных ДПР, совсем далеко от этих мест. От самых северных, до южных широт необъятной территории. Войтенко внимательно пересчитал посты в его штабе.
– Отключай! – скомандовал он.
Десятки тумблеров одновременно щелкнув, деактивировали браслеты. Тоже самое происходило и в других местах. ДПР, стоящие на боевом посту, внезапно обнаруживали перед собой красную сигнатуру противника, прямой директивой к которой было уничтожение. Мощные лапы манипулятора хватали ничего не подозревающих демонов и тащили их на циркулярную пилу, уничтожая его раз и навсегда. ДПР на линии фронта разворачивали пулеметы и расшивали в куски своих недавних союзников. Это было предательство и военная хитрость. Пересчитав всех демонов, пометив и приставив к ним убийц, военные, убедившись, что могут противостоять гнусу своими силами решили уничтожить одну из угроз, пока она не пустила корни в их теле.
Лука обернулся, на его лице не было удивления, только печаль и разочарование. Он почувствовал, что умирают связанные с ним далекими, слабыми связями существа, и он знал почему. Он понял, что именно происходит. Лилит стояла перед ним в нескольких метрах, расширив глаза от ужаса, слыша и ощущая нечто, что невозможно было представить. Через секунду она все поняла.
– Нас предали… – прошептали ее губы.
