– Карамышев Алексей Николаевич. Мой новый помощник по особым поручениям. Вы интересовались им, Ваше Величество.
– Не столько я, сколько наша прекрасная половина. Придворные красавицы захотели поближе рассмотреть нового потенциального жениха, ― улыбнулся Николай II. ― Ну, пусть их. Какими же специальными поручениями вы занимаетесь у уважаемого Петра Аркадьевича, сударь? ― из вежливости поинтересовался Император.
Странник и сам уже успел разобраться, с чем связано его приглашение на бал, и был слегка обескуражен неожиданно возникшей проблемой.
– О, Ваше Величество, самыми разнообразными. От покупок булавок его прелестным дочерям до наведения порядка в канцелярии. Скучать не приходится.
Николай II взглянул на нового помощника премьер-министра чуть более внимательно, а Столыпин ― с легким недоумением.
– Не хотите говорить? Тайны Мадридского двора?
– Не от вас, Ваше Величество. Но мы здесь не одни.
Император кинул на собеседника еще более внимательный взгляд.
– Хорошо. Мы еще побеседуем. ― После этой фразы Николай II стал уделять внимание другим гостям, и в какой-то момент, улучшив минутку, подошел к Григорию Распутину.
– Друг наш, что это ты сегодня задумчив и спрятался за спинами гостей?
– Кто тот человек из свиты Столыпина, с которым ты беседовал, папá? ― спросил старец.
– Его новый помощник. Его фамилия Карамышев. А что?
– Это очень опасный человек. Слушайся его во всем, если он служит тебе. Бойся его, если он твой враг.
Император отошел от старца в тревоге и некотором замешательстве.
Череда представлений дошла, наконец, до Елены Щербатовой. Взмахнув огромными ресницами, она кинула свой убийственный для мужчин взгляд на Карамышева и грудным контральто произнесла:
– А вы и вправду холосты, Алексей Николаевич, или мне не стоит тратить на вас свои боеприпасы?
Парочка фрейлин, находившихся рядом с ней, смущенно-конфузливо захихикали после столь смелого выпада подружки.
– Холост, княжна Елена. Но боеприпасы поберегите для других: я предпочитаю не столь огнестрельно-опасных женщин. Уверен, при ваших данных вы возьмете любую крепость. Но моя для вас неприступна, увы.
Подслащенный комплиментом отпор вызвал новое, уже более громкое, хихиканье барышень. В глазах светской львицы мелькнула едва заметная растерянность: она еще никогда не сталкивалась с сопротивлением своим чарам.
– А по-моему, неприступных крепостей не бывает, господин Карамышев. Это все сказки неудачливых полководцев.
– Но как раз такая перед вами, сударыня. Нужно доверять своему зрению. Как там у поэта?
Обескураженная княжна растерянно посмотрела ему вслед под уже откровенный смех фрейлин.
Бал начал развиваться по законам жанра, однако больше в этот вечер Карамышеву и княжне Щербатовой встретиться не пришлось.
В один из моментов Император всея Руси оказался рядом со Столыпиным, и последний сказал ему, не особо приглушая голоса из-за праздничного шума:
– Ваше Величество, я готов представить вам доклад относительно наших действий по недопущению втягивания России в возможный крупный конфликт на европейском театре.
– Буду ожидать вас в первый же день по окончанию празднеств. И возьмите с собой вашего нового помощника.
– Слушаюсь, Государь.
Морозным ясным утром в начале января Столыпин в сопровождении Карамышева прибыл в царский дворец. Время визита было согласовано по телефону, и Николай II принял их сразу.
– Так какими же особыми поручениями занимается у вас господин Карамышев, Петр Аркадьевич? ― задал первый вопрос Император после приветствия, бросив короткий взгляд на Странника.
– Он целенаправленно занимается курированием направления, связанного с нейтральным статусом России в грядущей войне, Ваше Величество. И еще дополнительно отвечает за мою охрану.
– Даже так. И что же вам уже удалось сделать, сударь, по этому направлению за истекшее время? ― спросил Николай II, обращаясь уже непосредственно к Карамышеву.
– Удалось выяснить, какую цену готовы заплатить немцы на наш нейтралитет, Государь.
Николай II, так и не успевший присесть после встречи гостей, машинально опустился в кресло. Спохватившись, предложил сделать тоже самое собеседникам.
– Мы же договорились, Петр Аркадьевич, что вы ничего не будете предпринимать по этому вопросу без согласования со мной, ― с укоризной произнес он, обращаясь уже к Столыпину.
– Я четко придерживаюсь ваших указаний, Ваше Величество. Никаких конкретных шагов пока предпринято не было. Все на стадии предварительной разведки. Я прекрасно понимаю, что вопрос очень непростой, и с союзниками по Антанте мы связаны многими нитями, в том числе и финансовыми.
– Вот именно, и финансовыми. Вы ведь знаете, сколько мы должны тем же французам?
