– Мне это хорошо известно, Государь. Но финансовый вопрос ― не самый сложный в этом деле.
– Что вы имеете в виду?
– Немцы готовы заплатить нам за нейтралитет сумму, которая вполне позволит разрешить все наши финансовые затруднения.
– Сколько?
Столыпин назвал сумму.
– Ого! ― не удержался от восклицания Николай II.
– Но это лишь надводная часть айсберга. Гораздо более привлекательна подводная: немцы не будут иметь ничего против, если черноморские проливы перейдут под власть вашей короны.
– Очень даже интересно. Отчего вдруг у кузена прорезалась такая щедрость? На него не похоже. Расскажите подробнее, как удалось выйти на такой результат в предварительных контактах.
– Тайные переговоры с германским послом вел непосредственно Алексей Николаевич. Думаю, вам лучше будет услышать об этом из первоисточника, Ваше Величество.
– Слушаем вас, Алексей Николаевич.
– Первым делом, Ваше Величество, мы постарались показать германской стороне, что война на два фронта с Россией, Францией и Англией неизбежно приведет к поражению Германии.
– Как вам удалось убедить их в этом?
– Сославшись на статью с интервью генерала Брусилова, где была дана оценка возможных наших потерь в войне, и сказав, что потери противоборствующей стороны будут не меньше. И это только на восточном фронте.
– Читал эту статью. Что же было потом?
– Далее оставалось лишь обозначить нашу цену. Цену, которая соответствовала бы цене жизни миллионов немецких солдат и всем последствиям почти гарантированного поражения Германии в войне на два фронта.
– Здорово вы им завернули, сударь. И что, сразу согласились?
– Господин Карамышев слегка помог принять решение Его Величеству кайзеру Вильгельму, ― вмешался в разговор Столыпин. ― Он допустил дозированную утечку информации об успешных испытаниях у нас очень мощного оружия. Без конкретики, естественно. Канцлер решил не проверять эффективность этого оружия на шкурах своих солдат и согласился на наши условия.
Император взглянул на Карамышева с нескрываемым уважением.
– Таким образом, Ваше Величество, мы закончили подготовительный этап по этому вопросу. Теперь наступило время принятия решения. Вашего решения. Все подробности и нюансы по теме я вам подготовил. ― С этими словами Столыпин протянул Николаю II тисненую кожаную папку бордового цвета.
Император принял ее и спросил:
– А что вы имели в виду, когда сказали, что финансовый вопрос не самый важный?
– Если Германия и Австро-Венгрия разгромят Англию и Францию в возможной войне, мы будем противостоять объединенной под их протекторатом Европе в одиночку. Важно определить для себя контуры такого возможного послевоенного устройства и выработать нашу линию, особенно в области модернизации армии. Первые шаги в этом направлении уже делаются. Благодаря тому же Алексею Николаевичу, мы полным ходом приступили к развертыванию производства минометных вооружений. Главными аргументами в послевоенных переговорах с нашей стороны могут быть только наши верные союзники ― армия и флот, как говаривал ваш великий отец.
– А какая связь между минометами и Алексеем Николаевичем?
– Это он обнаружил чертежи минометов у одного ветерана-портартуровца и дал им ход. Надо бы, кстати, представить этого покойного уже, к сожалению, старого артиллериста к награде. Огромный вклад сделал в укрепление армии. Благодаря минометам мы не только ликвидируем отставание по насыщенности артиллерией в нашей армии по сравнению с немцами, но и значительно превзойдем их по этому показателю.
– Делайте представление. Я подпишу.
– Я уже подготовил.
– Хорошо. Оставляйте документы, Петр Аркадьевич. Мне нужно как следует все обдумать.
Супруга Императора Всея Руси Александра Федоровна делилась со своими фрейлинами впечатлениями о прошедших новогодних празднествах. Перебирали косточки гостям, обсуждали наряды, игру музыкантов. Не обошли вниманием и конфуз Грома. С Грома разговор плавно перетек на Столыпина, а затем и на его нового помощника. Свидетельницы разговора княжны Елены Щербатовой с Карамышевым не преминули позлословить по адресу подруги-соперницы:
– А наш-то главный калибр, матушка, впервые дал осечку. С Карамышевым у нашей любимой Леночки случился карамболь: он весьма решительно и успешно отбил ее атаку.
– Неужели это правда, Елена Александровна? ― заинтересованно спросила императрица. ― Неужто нашелся камень, который остановил вашу косу? ― Среди фрейлин, отчаянно завидовавших славе княгини как покорительницы мужских сердец, прошелестели злорадные смешки. ― Тревожный сигнал. Наверное, начинаете стареть, милая. Срочно нужно замуж, пока не поздно. ― Женский смех зазвучал громче.
Юная красавица даже покраснела от досады.
– Проигранный бой еще не означает проигранного сражения, государыня. Еще посмотрим. Да и кто он такой, в конце концов, этот Карамышев? Подумаешь, какой-то чиновнишко при Столыпине. Мне сдавались и более солидные крепости, среди которых были даже наследники престолов. Невелика потеря.
