ном отпуске в городе Севастополе. Прибыл вчера, сегодня хотел после уда-
ления зуба встать на учет, но вот был задержан… Не знаю даже, за что… –
как можно более внятно постарался ответить я.
Лицо Зверева вытянулось. Он медленно повернул голову к Галактио-
нову.– Товарищ лейтенант, это что за фокус?
Упитанному Галактионову, кажется, стало еще жарче. По лбу из-под
фуражки предательски заструились ручейки пота, а кулаки автоматически
сжимались и разжимались.
– Я… я… тащ подполковник… Да какой он офицер? На лбу написано…
– Ваши документы! – прервал его Зверев, протягивая руку ко мне.
Я извлек удостоверение личности из кармана и, разложив отпускной би-
лет, протянул их коменданту. Тот, подслеповато прищурившись, внимательно
проверил все бумаги и, возвращая их мне, совсем другим тоном спросил:
– А чего через забор-то прыгал, офицер?
– Да только зуб вырвали… хотел домой побыстрее добраться, а то жара…
Боялся, что развезет, вот и решил срезать полдороги. Я сам в Стрелецкой
живу.– Понятно, понятно… – как бы раздумывая, каким образом вый-
ти из положения, рассеянно проговорил Зверев. Потом, видно, решил, что
раз уж так сложилось, не грех бы лишний раз построить своего помощника,
не стесняясь посторонних. И тут понеслось…
– Дежурный, поставить офицера на учет! А вам, товарищ лейтенант,
пора бы научиться отличать матросов от боевых офицеров Северного фло-
та! Вы мне что, скоро капитанов 1 ранга с санаторных пляжей привозить бу-
дете? А мне потом матку за них выворачивать начнут?! Офицер себя плохо
чувствует, ему зуб ампутировали, а вы его, как последнего пьяного баталера,
в кузов бросаете! Я вас, бл…, совсем ох…и. Что за безобразия?! Вы, Галактио-
нов, еще сосунок в комендантской службе, вам не нерадивых военнослужа-
щих ловить, а мандавошек по своей башке бритой собирать!!! Чмупс недо-
деланный, а не помощник коменданта! Я вас…
Пока комендант шлифовал Галактионова, улыбающийся дежурный по-
ставил в мой отпускной необходимый штампик и подмигнул мне, отдавая.
Все дежурные назначались из обычных флотских частей, терпели от комен-
дантской службы тот же беспредельный террор и были очень рады каждо-
му проколу в их деятельности.
– …и лично доставить больного офицера по месту дислокации его се-
мьи! Вам все понятно?! – закончил свой воистину выдающийся монолог
Зверев.
– Так точно, товарищ подполковник! Есть! Разрешите выполнять?! –
лицо Галактионова излучало готовность доставить меня не только в Стре-
лецкую бухту, но и куда подалее, включая родное Гаджиево, Барбадос или
на худой конец острова Тристан-да-Кунья…
Домой мы ехали на все том же комендантском грузовике, правда, теперь
я сидел в кабине между угрюмым водителем в морпеховской форме и пот-
206
Часть вторая. Прощальный полет баклана
ным Галактионовым, тяжело и обиженно сопящим и ежеминутно вытира-
ющим стекающий пот. Весь путь мы проделали молча, а у подъезда моего
дома несказанно удивили жену, гулявшую с коляской на улице. Ей уже дав-
но позвонила теща и доложила о моем скором прибытии. Прибытие немно-
го растянулось во времени, и жена уже начала волноваться, когда меня до-
ставил грузовик с комендантскими эмблемами на борту и с полным кузовом
патрульных. Вылезая, я выплюнул надоевшие тампоны изо рта, благо кровь
уже давно перестала сочиться, а извлечь их раньше я поостерегся в исклю-
чительно стратегических целях. На прощанье помощник коменданта про-
бурчал что-то похожее на извинения, хотя по его лицу было видно, что он
не прочь разжаловать меня в матросы на месте и сразу заключить в острог
на максимально возможный срок. А еще лучше, просто расстрелять без суда
и следствия из табельного Макарова.
Вот так закончились одни сутки моей нелегкой флотской жизни, вклю-
чившие в себя и зубную боль, и прибалтийскую эстраду, и вездесущую ко-
мендантскую службу. В Палдиски я вернулся вовремя, везя с собой мешок
новеньких и красивых севастопольских миц. А через несколько лет раз-
валился Союз. Эстонские власти разломали и превратили в груду облом-
ков наш учебный центр в Палдиски, и где-то там на его развалинах, навер-
ное, догнивала одна из привезенных мной фуражек. Севастополь прива-
тизировала Украина, и в одночасье, пользуясь отсутствием командующего
Черноморским флотом, вся комендантская служба во главе с комендантом
полковником Зверевым приняла присягу на верность Украине. Не принял
присягу только один офицер – капитан 3 ранга Галактионов. Это он, до-
ложив командованию флота об измене коменданта, возглавил взвод мор-
ской пехоты из Казачьей бухты, за считанные минуты очистивший ко-
мендатуру от украинских ренегатов, да так лихо, что те не успели забрать
даже свои личные вещи, а свой собственный автомобиль Зверев не мог за-
брать со двора комендатуры целый месяц. Наверное, в те минуты Галакти-
онов испытывал долгожданный миг триумфа, отмщения за многие униже-
ния, испытанные им за эти годы. Галактионов стал российским комендан-
том Севастополя, ничуть не изменив стиль деятельности комендантской
службы, хотя со временем, и постепенным уходом российского флота сам
