сле всех. Механик кавторанг Епифанов, комдив раз «майор» Тишин, два кап-
лея: я с напарником Белошейкиным и два мичмана, электрик Мигун и турби-
нист Таращак. Когда наша компания доплелась до развилки, остановка пу-
стовала. Наши на автобус успели. Закурили, на дороге было темно и тихо.
За двадцать минут мимо пронеслась лишь парочка битком набитых легко-
вушек и больше ничего. Когда часы показали половину двенадцатого, Епи-
фанов как старший по возрасту и званию постановил:
– Дело кисляк! Если через десять минут не будет машины, начинаем
праздновать. У всех есть?
Получив пять утвердительных кивков, Епифанов снова закурил и повер-
нулся к трассе. Конечно, можно было вернуться на «пароход», залезть в ка-
юту и с горя упиться там. Но возвращаться… Секунд через двадцать на до-
роге показались огни. Судя по звуку двигателя, ехал грузовик. Понимая, что
едет последняя надежда, мы встали поперек дороги строем.
Сбивать людей в форме шофер не захотел и тормознул. В кабине он си-
дел с женой и дочкой, тоже спешил, нервничал и, опустив стекло, с укориз-
ной сказал:
– Мужики, обалдели что ли, Новый год на носу, а вы под колеса лезете!
Епифанов подошел к кабине, козырнул и представился:
– Капитан 2 ранга Епифанов. Куда следуете?
Своим богатырским видом, сединой и гренадерскими усами механик
невольно внушал уважение.
– В Гаджиевку, домой. А вы-то что посередь дороги гуляете в такое вре-
мя? Водку пить пора!
Механик куснул ус, затянулся.
– Служба. Меня с пятерыми орлами до Гаджиево кинешь?
Водила зашелся в хохоте:
– Командир, ты хоть посмотрел на мою тачку? Марина, глянь на этих
хохмачей. Сейчас помру!
Тут обнаружилось то, на что, захваченные переговорами, мы внимания
не обратили. Машина была мусоровозом. Шесть баков для мусора и кран для
подъема. Вот и все. Просмеявшийся водитель пояснил:
– Они пустые, все. Хотите, в них прыгайте. Больше некуда.
222
Часть вторая. Прощальный полет баклана
В мусорных баках никто из нас еще не путешествовал. Да и не собирал-
ся. Все приуныли. Домой хотелось. В бак нет. Шофер взглянул на часы.
– Так подводники. Через минуту газую. Решайтесь. Времени в обрез.
Мы дружно безмолвствовали. Сказать было нечего. Молчание начало
затягиваться, но тут Епифанов выдал тираду, чеканя слово за словом:
– Я на флоте четверть века. Сидеть в бачке для отходов не заслужил.
Но и праздник встречать на дороге тоже! Кто брезгливый – оставайтесь.
Подводник в мусорном баке – это символ эпохи! По коням!
Брезгливых не нашлось. Полезли все. Расположились как в Табели о ран-
гах: первые два бачка – механик с комдивом, вторые – мы, третьи – мич-
маны. Служебная мини-лестница, простите, мусорница. Шофер оторопело
посмотрел на шесть голов с кокардами, торчащие из баков.
– Ну даете! Уши у шапок опустите, с ветерком поедем!
Уши опустили. Механик даже успел вытащить из кармана флягу, отхлеб-
нуть и пустить по кругу. Машина тронулась. Наверное, это действительно
был символ. Полярная ночь. Звезды. По идеально пустой дороге летит в ни-
куда дребезжащий мусоровоз. В мусорных баках элита флота – подводники-
атомоходчики передают друг другу емкость со спиртом. Сплошная роман-
тика.Шофер не обманул. Летели, как из ружья. На КПП Гаджиево тормоз-
нули без пяти двенадцать. Не сомневаюсь, что мичман-контролер до сих пор
вспоминает, как в новогоднюю ночь из мусоровоза десантировались мичма-
ны и офицеры немалых званий. Правды ради скажу: баки так заледенели, что
никто из нас практически не испачкался. По крайней мере, внешне.
Дверь квартиры я открыл, задыхаясь от бега, без одной минуты. Дальше,
надеюсь, ясно без слов. Как пьют и закусывают на Новый год, знает любой.
Праздник для всех одинаков. Но вот дорога на праздник у каждого своя…
Автономка. Где-то середина плавания. Все, вроде, еще ничего, но уста-
лость и раздражение потихоньку сказываются. В ноль часов заступает
первая смена. На пульт ГЭУ вваливается наша троица: электрик стар-
лей Антохин, левый оператор каплей Денисбаев, он же Дыня, и я, пра-
вый оператор старлей Белов. В ожидании команды «От мест отойти!»
завязывается оживленная дискуссия. На данный момент самая живо-
трепещущая тема – переход на зимнее время. Перевод стрелок часов
взад-вперед в нашей могучей стране начал практиковаться не так давно,
и народ все еще постоянно путается. Нынче на дворе, а точнее, за бор-
том осень, и мнения разделились. Волнует одно: перевод стрелок вперед
означает уменьшение нашей вахты на один час и соответственно сокра-
щение сна на то же время следующих за нами или, наоборот, и мы сто-
им на час дольше, и они спят больше? Вот мы со стрелками и запутались.
Но как же хочется порой верить в лучшее независимо от обстоятельств!
Каждая смена упирается и с пеной у рта отстаивает свою точку зрения.
К отбою тревоги сошлись на том, что третьей смене волноваться все же
не резон. Они могут потерять час лишь на сне, а вот нам предстоит одно
из двух: стоять либо на час больше, либо на час меньше. Второе все же
предпочтительней.
223
П. Ефремов. Стоп дуть!
Сменились. Вечно замученный Антохин собрал доклады и быстренько
