Как не помочь такому человеку! Естественно, согласился. Из дипломата, ле-
жащего на коленях, полковник достал бутылку коньяка. Да не просто бутыл-
ку! Настоящий армянский «Ахтамар» семилетней выдержки.
– Три бутылки начальнику везу. Жалко, но здоровье важнее.
Лимон и фужеры у полковника тоже нашлись. Налили. Осушили. Кряк-
нули. По жилам начало разливаться тепло древней армянской земли. Григо-
рий Семенович выразительно качнул головой. Я сразу согласился. Выпили
еще. После третьей мы как-то одновременно почувствовали на себе взгля-
ды остальных. Если женщины мерзли с безразлично-отсутствующим видом,
то на лицах гражданских специалистов отражалась целая гамма чувств. Ари-
стократичный полковник взял инициативу на себя.
– Не желаете?
Мужчины желали. И очень! Бутылка благородного напитка обнажила
дно в один момент. Мужчины если и не повеселели, то на заиндевевшие тру-
пы уже не походили. Но что такое одна бутылка, пусть даже такая, для пяти
здоровых, промерзших насквозь мужиков? Тьфу! Беды и невзгоды сближа-
ют. В этом летающем саркофаге для мороженого мяса присутствующие по-
казались мне такими близкими и родными, что я, плюнув на все планы, влез
и достал шильницу. Со мной их было три. Литровая и две пол-литровых.
Сработанных на заказ северодвинскими мастерами, с личной монограммой
на боку. С учетом количества участников я достал литровую.
Полковник хмыкнул и поинтересовался:
– Спирт?
– Шило. Чистейшее. Доктор по дружбе насыпал.
Полковник взял руководство процессом на себя.
– Молодые люди. Такой напиток одним лимончиком не зажуешь.
Поскребите-ка по сусекам – и первый полез в дипломат.
217
П. Ефремов. Стоп дуть!
Гражданские призыв восприняли правильно. На столе появились яйца
вкрутую, вобла, колбаса, мои подарочные бутерброды, пластмассовые ста-
канчики. Разбавить шило было нечем, пришлось глотать чистый. Холод при-
тупил восприятие чистого алкоголя, и спирт пошел просто изумительно, слов-
но родниковая вода.
Познакомились. Ребята оказались инженерами с Севастопольского су-
доремонтного завода имени Орджоникидзе. Возвращались из командиров-
ки, поиздержались, их флотское командование и подсадило на наш авиалай-
нер. Разлили по следующей. Но выпить не успели.
– Мужчины! Кто вас воспитывал? С вами дамы, а вы словно слепые!
Про женщин мы начисто позабыли. Оказывается, они уже давно наблю-
дали за нашими манипуляциями. А холод одинаково действует как на муж-
ской, так и на женский организм. И дамам захотелось тоже. Галантный тан-
кист сразу же засуетился, пытаясь достать очередной коньяк. Разве можно
допустить: женщины и спирт. Дамы вежливо отклонили предложение. Мол,
коньяк на потом, когда этот напиток кончится. Торопиться некуда. И, не мор-
щась, врезали по сто граммов! И повеселели. И заговорили. И пошло-поехало.
Сами они жены летчиков. Их мужья уже полгода на Каче ковырялись по сво-
им летным делам. Вот девчонки и собрались их проведать. Взяли билеты на по-
езд, а тут на тебе, в этот же день самолет прямо на место. Оперативно сдали
билеты, комполка их – на борт и в путь.
– Мальчики! Да ведь у нас запасов на двое суток пути!
И резво так начали выкладывать снедь на стол. А у них… Женщины, од-
ним словом. Куры жареные, куры вареные, пирожки, салатики в баночках,
ну всего не перечислишь. Да и винца пару-тройку бутылочек нашли. Тут ин-
женеры откуда-то водку извлекли. И начался пир в воздухе.
Где-то около шестнадцати часов выглянул один из авиаторов.
– Как, не замерзли?
Взглянул и обалдел. Все расстегнуты, стол ломиться, дым сигаретный,
шум, смех. Полковник одной даме руку целует. Инженер другую на танец
пригласить пытается. Холода как и не было! Ну мы летчика сразу за стол уса-
дить попытались. Еле отбрехался. Попросил самолет не поджигать и удалил-
ся обратно в рубку. Они потом оттуда по очереди выглядывали, проверяли.
Спиртное на таком морозе сильно в голову не стреляло. Грело здорово,
а почти не пьянило. Как мы посидели! Такой общности незнакомых доселе
людей мне прежде видеть не приходилось. И девчонки наши с хохотом бега-
ли в хвост, а мы дружно отворачивались. Полковники пикантные анекдоты
рассказывал и карточные фокусы показывал, чего только не было! Верите
ли, съели и выпили все! И танковый коньяк, и весь мой спирт, и гражданские
запасы, а в конце и женское вино сгодилось. Все вылизали подчистую.
По-моему, часам к девяти пошли на посадку. Авиаторы нас предупре-
дили. Сели мягко. Аппарель опустили. А там… Восемнадцать градусов тепла.
После заполярного неба-то. Как же нас повело! Сдерживаемый морозом ал-
коголь овладел организмом в кратчайшие сроки. Мы и ста метров от само-
лета отойти не успели, как были в дымину. Поголовно. Подъехала машина
с мужьями наших спутниц. Мужья были в шоке. Девчонки лыко не вяжут.
Машут чемоданами как ридикюлями, песни поют. Погрузили благоверных
и увезли. За танкистом пришел «уазик». Полковник широким жестом при-
гласил всех оставшихся в машину и приказал водителю развозить его друзей
по домам, а его только после всех. Инженеров выгрузили на Северной сто-
218
Часть вторая. Прощальный полет баклана
