– Не надо думать, товарищ командир! Надо работать! Думать за вас
мне придется, судя по всему! Повторный смотр корабля назначаю на завт-
ра! Белова с вахты снять и чтобы аппаратную лично выдраил! Сам прове-
рю! Вопросы есть?
Адмирал встал с кресла. Командир хорошо поставленным голосом ско-
мандовал:
– Товарищи офицеры!
Все вскочили, и адмирал, что-то буркнув, вышел из центрального поста.
Все сразу начали переговариваться, но командир, наконец усевшись в свое
кресло, в очередной раз потряс воздух:
– Ну что, военные… Говорить долго не буду, комдив и так все сказал.
Завтра повторный смотр. Личному составу запрещаю отбиваться. Свобод-
ные смены на наведение порядка. Механик, на левом борту двухсменка, Бе-
лова в аппаратную, и пока комдив не поставит ему лично зачет за ее содер-
жание, ему на вахту не заступать! Все свободны! Вахтенный офицер, через
10 минут учебную тревогу, для устранения замечаний по смотру корабля.
На нижней палубе меня тормознул механик.
– Борисыч, как же вы обосрались с этими ватниками-то?
Я совершенно искренне ответил:
– Не знаю даже… Ну сейчас пойду в 7-й отсек… Узнаю.
Все выяснилось в три минуты. Капитан-лейтенант Бузичкин, командир
7-го отсека, которого на удивление обошла вся волна гнева, обрушившегося
на меня из-за злополучных ватников, объяснил все просто:
– Борисыч, мои орлы перед выходом в надстройке клапана проверяли
по азоту, а там дождь лил. У них все ватники насквозь были. Я после того, как
НЭМС аппаратные посмотрел, туда их и приказал повесить, чтобы побыстрее
высохли. Ну откуда мне было знать, что комдив туда попрется?
В его словах был резон. По большому счету и по всем инструкциям ап-
паратные выгородки вскрывались только с разрешения командира корабля,
с записью в вахтенном журнале и опечатывались печатями. Но, само собой,
и ключи от аппаратных у командира отсека, естественно, были, и умением
их открыть без участия центрального поста и не повреждая печати, обладал
каждый командир реакторного отсека. И то, что в аппаратной командир от-
сека шхерил что-то из имущества отсека, ни для кого тайной не было. Про-
сто замордованный проверками не менее всех других, Бузичкин перед смо-
тром забыл убрать ватники, и мы очень глупо попали.
Прозвенела тревога, и в реакторный отсек сразу принесся механик
с командиром дивизиона. За ними прилетел старпом с флагманским меха-
ником, после чего эта великолепная четверка устроила мне одному формен-
ный развод на работы. Правда, старпом, выросший до этой высокой долж-
ности из минеров, в аппаратную не сунулся, а, повертев головой, не пере-
ступая порога, согласился с выводом адмирала, что это бардак, и испарился
459
П. Ефремов. Стоп дуть!
в направлении носа. Флагманский Ташков, мужчина достойный и не успев-
ший обрасти штабными ракушками, облазил всю аппаратную, констатиро-
вал, что если бы не ватники, то все было бы отлично, весело обматерил весь
штаб, представителем которого сам и являлся, и побрел курить в курилку.
Правда, предварительно он посоветовал мне раньше срока не докладывать
о готовности к смотру (что я и сам знал) и находиться постоянно в аппарат-
ной, ибо адмирал такие вещи контролировать любил лично и по связи.
Этого я не знал и несколько расстроился, потому что сидеть здесь все
время в мои планы не входило. Механик что-то долго бурчал под нос, но осо-
бо не ругался, так как получить по заднице за аппаратную он просто не успел
по причине принятия всей тяжести вины лично мной и лично на себя. По-
том его вызвал в центральный пост командир, и механик с тем же тихим бор-
мотаньем удалился из отсека, не забыв, правда, предварительно уже более
громким и уверенным голосом доложить в центропост, что капитан 3 ранга
Белов уже весь в поту и мыле драит крышку реактора. Командир дивизиона
по причине недавнего нахождения в должности и еще пионерского возрас-
та в мой адрес вообще высказываться постеснялся, а просто ушел, пожелав
мне удачи. Потом прямо с пульта Башмак, судя по голосу, уже приготовив-
шийся расплыться по пультовскому креслу бесформенной лепешкой, сон-
но и невнятно порекомендовал бросить все и идти в каюту, после чего от-
ключился и больше на связь не выходил. Последним из центрального поста
рявкнул командир, больше для проверки моего наличия и очередной отра-
ботки командного голоса.
Когда вся эта организационная суета вокруг меня стихла, я еще раз
прополз по всей аппаратной и убедился, что убирать и правда совершенно
нечего. Пыли, грязи, налетов от воды и отпечатков резиновых тапочек нигде
не наблюдалось. Аппаратная, на удивление, была девственно чиста, да и ват-
ники уже давно вынесли и запрятали где-то в глубинах 5-бис отсека, так что
на сверкающей титановой палубе не было даже завалящей нитки. Оконча-
тельно убедившись, что делать мне тут абсолютно нечего, а сидеть придется
довольно долго, я быстренько смотался в каюту и вернулся обратно со вто-
рым томом Стругацких. Сначала я устроился на БП-65, изгнав провинивше-
гося лично передо мной Бузичкина из кресла. Но вскоре сам был вежливо,
но твердо выпровожен обратно в аппаратную Бубой (старпомом по БУ), от-
