походом предоставлено не будет. На этой грустной ноте мы покинули сауну
и, опрокинув грамм по 150 шила на сон грядущий, расползлись по каютам.
16 ноября. С утра началось безумие. После построения, на котором объ-
явили тревогу для погрузки торпед, на пирс неожиданно въехал «КамАЗ»,
а из него выпрыгнул интендант, старший мичман Косоротов, оставленный
в базе для выбивания продовольствия на автономку. Видимо, его личные пла-
ны как-то не состыковались с планами флотилии по загрузке торпед, и он
пригнал свою первую «ласточку», груженную мороженой треской и консер-
вами с самого утра в надежде, что еще до обеда ее силами всего экипажа за-
грузят в утробу подводного крейсера. Пока минер бегал на торпедную базу,
на пирсе разыгрался громкий и непринужденный спор командира со здоро-
венным Косоротовым, победителем в котором, на удивление, оказался ин-
тендант, так как командир, спустившись в центральный пост, долго о чем-то
беседовал со штабом флотилии, после чего отдал поистине беспрецедентный
приказ: грузить торпеды и продовольствие одновременно! А если учесть еще
и то, что неутомимый комдив три Витек Голубанов абсолютно планово на-
чал поднимать наверх разряженные за время выхода идашки, чтобы сроч-
но отвезти их на водолазный полигон, то легко представить, что творилось
на пирсе. Под висящей на стреле крана торпедой, как муравьи, бегали матро-
сы с ящиками и коробками, у трапа громоздились рядами ИДА-59, а к кор-
ню пирса все подъезжали тележки с лежащими на них длиннющими зеле-
новатыми торпедами…
Внутри прочного корпуса все незадействованные в верхних работах
были брошены на устранение замечаний, сделанных во время контрольно-
го выхода в море. Таких по большому счету набралось месяца на три рабо-
465
П. Ефремов. Стоп дуть!
ты на каждого члена экипажа, поэтому внутри была практически такая же
суета, как и наверху. Это усугублялось еще и тем, что, находясь в боевом де-
журстве, мы практически несли морскую вахту в готовности к немедлен-
ной ракетной стрельбе. Я и первый управленец Костя Сорокин заперлись
на пульте, где, пользуясь ситуацией, попили чайку, подбили вахтенные жур-
налы и сделали расчеты подъема компенсирующих решеток реактора на но-
вый ввод установки в действие. Несмотря на всеобщую суету, на борту было
как-то спокойно и умиротворенно. Всем наверху рулил старпом, а коман-
дира, опять же в нарушение всех возможных инструкций срочно вызвали
в штаб флотилии, невзирая на погрузку боезапаса.
Так продолжалось до обеда, а после принятия пищи все опасения стар-
пома подтвердились в наихудшем варианте. Собрав после построения коман-
диров боевых частей в центральном посту, командир официально и молодце-
вато объявил, что никакого отдыха нам не запланировано, мол, и правильно,
нечего зря расслабляться, будем в дежурстве до упора, к тому же за оставши-
еся дни нас поочередно проверит штаб дивизии, флотилии и флота, в связи
с чем даже отдыхающая смена обязана прибывать на корабль утром, а не как
положено в обед. К тому же все дни будут подвозить продовольствие, соби-
раемое в наше тяжелое, но интересное время с миру по нитке со всего Коль-
ского полуострова, и его, естественно, надо будет в срочном порядке грузить
и грузить. Командиры боевых частей попытались было проявить принципи-
альность в отношении отдыха, и начали задавать глупые вопросы, в частно-
сти «Почему?» и «А как же руководящие документы?», которые командир
пресек в зародыше лишь одной фразой: «Это приказ! Не нравится – пиши-
те рапорт об увольнении и идите капитализм поднимать!» Вопросы не сра-
зу, но отпали, преобразившись в глухое матерное бурчание. Но вот на вто-
рой всеобщий вопрос, а именно, когда будут деньги, командир ответил не так
уверенно и даже несколько растерянно, что не знает и что, может быть, их
и не будет, чем вызвал уже откровенное всеобщее возмущение, чему даже
немного поддакивал и сам. На том послеобеденный доклад закончился, и про-
должилась погрузка, как торпед, так и всего остального.
Все погрузки закончились около девятнадцати часов. В центральном по-
сту снова собрался «командный хурал» на очередной доклад. Довольно бы-
стро, в течение сорока минут, командир объяснил, что завтра проверка кора-
бля дивизией, всем быть к подъему флага, и что опоздавших он лично съест
на завтрак. Потом командир, видимо, наконец понявший, что его энтузиазм
по поводу сроков ухода в автономку, проверок и боевого дежурства разделя-
ет далеко не весь личный состав, и сообразивший, что не только у него одно-
го есть жена и дети, доверительно разрешил стравливать на ночь всех, кро-
ме дежурной смены, но подвахтенной прибывать к шести утра в обязатель-
ном порядке. На этом запал командира иссяк, и доклад закончился. В этот
день я заступил в подвахтенную смену, так что воспользовался решением
командира и уже в девять часов был дома. В этот день, слава богу, визит до-
мой был уже полуофициальным, и кроме всего прочего я даже смог впервые
за месяц исполнить со всем прилежанием свой супружеский долг к обоюд-
ному удовлетворению сторон. Единственное, что несколько омрачило ра-
