дело вполне обыденное, да и нужное, в конце концов. Но было у старлея
два недостатка. Один – нормальный для любого человека: поспать лю-
бил. Другой – ненормальный для турбиниста: технику не знал, не пони-
мал и понимать не хотел. Недостатки свои Хлусов в глубине души осо-
знавал и компенсировал их зычным голосом и страшными разносами,
учиняемыми матросам. Которые он подкреплял навыками дипломиро-
ванного мастера восточных единоборств. Матросы его не то, чтобы боя-
лись, но спорить не любили, называли «офицером Плюсовым» и подна-
чивали, как могли. Ну а Хлусов в выражениях с младшими себя не стес-
нял. Крыл как умел.
Как-то в море старпом, проверяя несение вахты, набрел в 9-м турбин-
ном отсеке на спящего вахтенного. Хлусова как командира отсека и груп-
пы вызвали в ЦП, выстегали до соплей и отправили наводить порядок
в своей богадельне. Втыков Хлусов не любил, почитал за унижение, по-
этому, скрипя зубами от бешенства, ворвался в отсек и голосом, руками
и ногами провел воспитательную работу с подчиненным личным соста-
вом. Как говорится, разобрался как следует, наказал кого попало. Доста-
лось, в общем-то, всем. Попутно Хлусов обхамил даже старшину отсека
мичмана Таращака, на момент проверки заслуженно отдыхавшего в ка-
юте. Излив желчь, Хлусов успокоился, упал в кресло на БП-95 и принялся
разглядывать вахтенный журнал. Через полчаса началась очередная мно-
гочасовая учебная тревога для отработки всевозможных учений и про-
чей каждодневной текучки.
Каково же было удивление моряков, когда, собравшись на верхней
палубе для получения заданий, они обнаружили, что Хлусов спит, ут-
кнувшись в журнал! Матросы тоже люди, не чурки деревянные, пони-
мают, что к чему. У турбинистов взыграли чувства. Сам спит, а за ними
за то же самое с кулаками-кувалдами гоняется! Моряки скучковались
и, пошушукавшись, кое-что придумали. Оскорбленный мичман Таращак,
выслушав делегацию матросов, заявил, что участвовать в этом не будет,
но пойдет вниз в машинное отделение. И что он ничего не видел, не слы-
шал и не в курсе. Но идея ему нравится!
Злой матрос непредсказуем. Об этом говорит вся история российско-
го флота. Турбинисты повытаскивали свои идашки, повключались в них
на атмосферу и сразу стали походить на гуманоидов с других планет. Ма-
ска, торчащие лепестковые клапаны, вздыбленные баллоны на груди, ре-
зина и сталь. Со щитов разобрали аварийный инструмент: топоры, зуби-
ла, аварийные упоры, окрашенные в ярко-красный цвет. Свет на верх-
ней палубе выключили, зажгли лишь тусклое аварийное освещение. Для
полноты ощущений приоткрыли клапан ССД, который противно заши-
пел, создавая иллюзию утечки воздуха. Стараясь не греметь, втиснулись
на пульт и, нажав кнопку проверки сигнализации (от нее начинает зво-
нить и греметь звонок и ревун, как при настоящей аварии) начали уси-
ленно тормошить Хлусова.
Хлусов спокойно и безмятежно спал, как вдруг в его сознание настой-
чиво вонзились какие-то звуки извне. Открыв глаза, старлей обомлел: все
474
Часть вторая. Прощальный полет баклана
ревет, гремит, отсек в полумраке, мигают аварийные лампы, его обсту-
пили монстры, обвешанные аварийными причиндалами. Поперек пульта
лежал аварийный трехметровый брус, перевитый шлангом от ВПЛ. Хотя
и несколько обезумевший от всего этого, но все же признавший в про-
резиненных чудовищах своих матросов, Хлусов вскочил, схватил край-
него за грудь, затряс и закричал:
– Что! Что случилось? Говори!
Изобретатели ИДА-59 (а цифра 59 означает год издания данного ап-
парата) о возможности переговоров при надетой маске забыли. Поэтому
из-под маски моряка раздались звуки, лишь отдаленно напоминающие
человеческий голос. Охваченный паникой Хлусов из всей этой ахинеи
уловил лишь два слова – пожар и вода. А может, ему это от испуга поме-
рещилось – не знаю. Моряки, похватав инструмент, разбежались по от-
секу, оставив растерянного и испуганного Хлусова одного. «Что делать?
Что делать? Что делать?» – пульсировало в висках старлея. Заверещал
«Каштан», вызывая на связь с 8-м отсеком. Посвященный в затею вах-
тенный восьмого с нарочитой дрожью в голосе спросил:
– Девятый? Как обстановка? Какой уровень воды? Что с возгорани-
ем? Командира отсека нашли?
Хлусов так дернул шнур переговорника, что чуть его не оторвал.
– Нормально! Не мешайте, справимся!
Переключив связь на машину (нижнее помещение), Хлусов колотя
от нервной дрожи по пульту кулаком, просто завопил:
– Машина! Уровень воды в трюме! Повышается?
Снизу хихикающие моряки, прикрыв для правдоподобия кулаком пе-
реговорник «Каштана» и имитируя как можно правдоподобнее рев воды
ответили:
– Воды метра полтора. Пожар потушен. Пострадавших нет. Только
Таращака головой ударило, но он в порядке.
Лихорадочно соображая, как оправдаться перед ЦП за длительное от-
сутствие на связи, но понимая, что промедление смерти подобно, Хлу-
сов решительно вызвал ЦП:
– Центральный! Пожар потушен. Уровень воды в трюме полтора ме-
тра. Пострадавших нет. Был внизу во время тушения пожара. Проверил
лично: очаги возгорания отсутствуют.
