готовить. Иду в восьмой. Вахтенный уже все приготовил, но для начала спу-
скаюсь в «машину», к вахтенному на маневровом устройстве. Рубашку же
надо постирать? Кстати, стирают одежду турбинисты оригинально. Навер-
478
Часть вторая. Прощальный полет баклана
ное, нигде так не стирают. Берется разрезанная на половинки пластиковая
бочка из-под шихты, заливается водой и туда строгается хозяйственное мыло.
Ножом. Затем берем шланг и подсоединяем его к колонке с клапанами для
дачи проб пара. Другой конец суем в бочку, бросаем одежду и потихоньку
приоткрываем клапан. В холодную воду начинает поступать пар, с темпера-
турой градусов эдак 250 по Цельсию. Вот и все. Остается только сидеть и по-
мешивать. Через полчаса закрываем клапан. Споласкиваем одежду. Никогда
в жизни, ни в одной стиральной машине я не видел такой белизны и чистоты
одежды после стирки. Затем одежда, даже в мокром состоянии, выносится
на верхнюю палубу, где запускается огромный, в метр диаметром вентиля-
тор верхнего помещения, и рубашка в расправленном виде кидается на вса-
сывающую решетку вентилятора. Все. Через 15 минут рубашка сухая и чи-
стая. Только немного ребриста, из-за сушки на решетке.
Рубашку я отдал вахтенному. Тот подал пар и стирка началась. Пошел
в тамбур-шлюз. Минут десять с удовольствием смывал с тела пот, накопив-
шийся за последние сутки. Потом попил в нарушение всех инструкций чай-
ку с вахтенным, спустился вниз, забрал уже постиранную рубашку, и присо-
бачил ее к вентилятору. Посидели еще минут десять, поговорили. После чего
забрал практически высохшую рубашку и пошел в каюту. По дороге переку-
рил в полупустой курилке. Подвахтенный народ уже почти весь угомонился
и спал. В каюте закинул свисающую с верхней шконки руку соседа, КГДУ-1,
капитан-лейтенанта Кости Скворцова обратно, разобрал постель и улегся.
На часах 01.50. Еще рано, но сегодня бессонницы не наблюдается. Уснул.
07.00. Просыпаюсь от нерешительного потряхивания за плечо. Вахтен-
ный 5-бис вкрадчиво бубнит в ухо:
– Тащ, кап третьего ранга, на завтрак пора… смена скоро. Скворцов
звонил, просил разбудить вас…
Встаю. На автомате иду в умывальник, чищу зубы, ополаскиваю лицо.
Вставать в это время хуже всего. Вроде на берегу так же встаешь, даже рань-
ше, но такого вареного состояния никогда дома не бывало. Переоделся. По-
шел в кают-компанию. Быстренько запихнул в себя завтрак. Надо успеть пе-
рекурить, а то помощник – перестраховщик, объявит построение на развод
вахты обязательно пораньше, чтобы все собрались вовремя. Вернулся обрат-
но в каюту. Переоделся. ПДУ на плечо и в курилку. Помощник уже там, с де-
ловым и сосредоточенным видом пускает дым.
– Борисыч, давай быстрее, сейчас уже команда на развод будет.
Ага, дождался! Это он во время вахты может отпроситься у старше-
го в ЦП, проверить вахту и сбежать на перекур на законных основаниях,
а мне четыре часа сиднем сидеть. Разве только у кого-то из наших бессон-
ница разгуляется и он забредет на пульт, да и подменит минут на десять, да
и то на утренней вахте это маловероятно.
07.45. Развод вахты в 4-м отсеке. Помощник что-то нудно вещает про
бдительность и внимательность. Слова правильные, но когда неделями вы-
слушиваешь их минимум два раза в сутки, они надоедают до зубной боли.
Напротив пытается проморгать слипшиеся глаза еще не до конца проснув-
шийся ВИМ, капитан-лейтенант Муравьев, по прозвищу Солитер, прозван-
ный так за неимоверный аппетит и невероятную худобу при этом. Он, как
всегда, проспал завтрак и теперь пытается уложить в кармане засунутые
в спешке бутерброды. Наконец, ритуальная часть заканчивается, и звучит
команда «По местам!».
479
П. Ефремов. Стоп дуть!
08.00. Вваливаемся на ПУ ГЭУ. Духота страшная, и все в полуобмороч-
ном состоянии. Сразу включаю вентиляцию. Ребята начинают шевелиться.
– Паш, все в порядке, как только подобьете питательную воду, испари-
тель восьмого переведете на пополнение пресной… Я пошел курить… – Ко-
стик схватил в охапку ПДУ и двинул к двери.
– Костя, аккуратнее там, вроде Фюрер в 5-бис караулит, ловит, кто без
команды от мест отойдет, – счел нужным предупредить я. Фюрером у нас,
за глаза называли замполита за глубокую идейную убежденность в собствен-
ной правоте, а больше за усики, подозрительно смахивающие на усики глав-
ного нациста.
– Насрать! Меня уже лишать нечего…
Костя вышел, и сразу захрипел «Каштан»:
– Есть, четвертый.
Это значило, что четвертый отсек уже доложил, пришла наша оче-
редь.– На пульте ГЭУ, по боевой готовности № 2 подводная, 3-я боевая смена
на вахту заступила. В работе реакторы обоих бортов на пониженных пара-
метрах по 22 % мощности, ГТЗА на винт, по 50 оборотов переднего хода, АТГ
под нагрузкой, по 2500 Ампер на борт. Холодильные установки в РВО на свои
кольца кондиции. Испарительная установка восьмого в работе на пополнение
запасов питательной воды. Запас питательной воды 22,1 тонны. Сопротивле-
ние изоляции основных силовых сетей в норме. На вахту заступили: капитан
3 ранга Белов, капитан-лейтенант Арнаутов, старший мичман Мигун.
Эту молитву каждый из нас знал назубок. Особым шиком считалось го-
