одинаково вежлив и галантен, Ксюша всей своей женской интуицией чув-
ствовала, что он здесь из-за нее. И хотя она пока не могла понять, как к это-
му относиться, само это ощущение приятно ее волновало.
Женщины рассказывали, что семья у Воробьева есть, но жена уехала
еще пять лет назад обратно в Ленинград, как только их сыну исполнилось
шестнадцать лет, заявив мужу, что она должна быть с сыном, когда тот бу-
дет поступать и в дальнейшем учиться в институте. Квартира у семьи Воро-
бьевых там была, полученная по наследству от ее родителей, и теперь его
жена уже пять лет не показывалась в Гаджиево, и он виделся с семьей толь-
ко в отпусках. Что собой представляет такая семейная жизнь, Ксюша при-
мерно знала, а все штабные и незамужние дамы вздыхали по этому весело-
му и неунывающему офицеру, который, как ни удивительно, в махровой
аморалке ни разу замечен не был, несмотря на такие располагающие к это-
му семейные обстоятельства.
А Воробьев тем временем при каждом своем заходе в штаб все чаще ста-
рался незаметно и ненавязчиво сделать что-то, пусть мелкое, но приятное
Ксюше. Иногда она находила в ящике своего стола коробку хороших конфет,
иногда там же появлялась бутылка хорошего вина, а пару раз в ящике оказы-
вался даже букет свежих роз, что для зимнего Гаджиево было просто фанта-
стикой. Скрыть это подчас было трудно, и каждый раз дамы усиленно гадали,
кто же так привечает Ксюшу. Она тоже делала недоуменный вид, хотя в глу-
бине души была на все сто процентов уверена в том, что это дело рук Воро-
бьева. Это продолжалось довольно долго, и все мало-помалу привыкли к по-
даркам неизвестного воздыхателя и практически перестали обращать на это
внимание. И сама Ксюша тоже привыкла к этому, благо ритму ее жизни это
не мешало и не заставляло думать о чем-то другом, кроме дочери. А потом
это все вдруг прекратилось. И визиты Воробьева в штаб, и мелкие, но при-
ятные подарки. И неожиданно для себя самой Ксюша разволновалась. Она
так привыкла к этим знакам внимания, что без них появилось ничем не за-
полненная пустота. Ксюша, понервничав несколько дней, решила все же вы-
яснить, где Воробьев. Оказалось, что его корабль ушел на боевую службу,
и ждать их обратно надо месяца через три. И снова помимо своей воли Ксю-
ша теперь уже разозлилась, хотя и не могла понять, почему ее просто бесит
тот факт, что она узнала об уходе Воробьева в море не от него самого.
Злость прошла быстро. И эти месяцы пролетели для Ксюши тоже очень
быстро. Она вообще умела отключаться от всего ненужного, и дни, делимые
на работу и дочку, пролетали стрелой, не оставляя в памяти ничего такого, что
можно было бы потом вспоминать. Она не вспоминала и о Воробьеве, хотя бы
потому, что и вспоминать-то было по большому счету нечего, кроме ничего
не значащих фраз, улыбок и милых презентов в столе. Но однажды, придя
на работу, она открыв стол, нашла огромную россыпь шоколадок, поверху
которых лежала записка: «Не нашел роз… пришлось просто подсластить Вам
сегодняшний день». И она поняла, что Воробьев вернулся. И ей сразу стало
страшно. Она и боялась, и хотела этой еще даже не родившейся связи. Она
хотела этого мужчину, хотя бы потому, что он был единственным в ее жиз-
ни, кто делал ей приятное и ничего не просил взамен. И боялась, потому что,
начнись эти отношения, они неминуемо рано или поздно станут явными для
всех, и эти старые штабные каперанги, воспитанные на основе кодекса стро-
ителей коммунизма, запросто вышибут ее с работы за моральное разложе-
ние. Когда же он завалился к ним, весь такой большой и шумный, она только
611
П. Ефремов. Стоп дуть!
натянуто улыбалась, ничем не показывая своего отношения к его возвраще-
нию. Воробьев этим, кажется, не был обескуражен и все так же продолжал
шутить со всеми, щедро расплескивая вокруг себя позитивную атмосферу.
Но никакого продолжения с его стороны не последовало.
Однажды через несколько месяцев Ксюшу послали на два дня в Севе-
роморск на курсы повышения какой-то квалификации. Поселили ее в гости-
нице «Ваенга», и когда после целого дня нудных и абсолютно бессмыслен-
ных лекций она вернулась туда, прямо в холле гостиницы ей встретился он,
капитан 1 ранга Воробьев Борис Павлович. Он стоял у стойки администра-
тора и разговаривал по телефону. Борис еще даже не заметил Ксюшу, ког-
да она сразу поняла, чем неминуемо закончится этот вечер и что она ничему
не будет сопротивляться. А Борис, словно почувствовав, что кто-то за его спи-
ной наблюдает за ним, обернулся и сразу расплылся в какой-то растерянно-
восторженной улыбке, совсем не похожей на ту, которой он улыбался при
всех. Он сразу пригласил ее в ресторан и, не давая опомниться и зайти в но-
мер, потащил за собой в зал. Усадив ее, он сбежал на несколько минут, вер-
нувшись с огромной охапкой цветов, которыми просто засыпал весь стол.
Оказалось, что он тоже остановился в гостинице и тоже на два дня. Она была
поражена его поведением. Этот капитан 1 ранга радовался ее присутствию,
просто как школьник, и совершенно не скрывал этого. Потом были разгово-
ры на всевозможные темы, шампанское, ужин, несколько медленных танцев,
