— Согласны ли вы, Госпожа моя, принять мое поклонение?
Федора молча кивнула, и ловко перекинула через плечо бастарда шелковый шарф в ало-золотых цветах.
Взвыли фанфары, уже начинающие вызывать у меня жесточайшую мигрень.
— Слушайте меня и не говорите, что не слышали… — торжественно выкрикнул конт де Вертю. — А кто слышал, передайте другому, что с сего момента и до конца жизни моей, моей Дамой сердца является контесса Теодория де Сунбул. Это говорю я, конт де Вертю, барон Д'Авогур. И порукой мне в том является Пречистая Дева Мария Богородица…
Вот, собственно, так это и случилось…
Ну что могу сказать… Рад я…
Дальше была раздача подарков и грандиозный пир, после которого я собрался переговорить с дюком и свалить домой. Реально взмолился Господу, чтобы все это быстрее закончилось, потому что сил во мне оставалось совсем немного. Но он не захотел смилостивиться. Даже совсем наоборот…
— Да за что, этой безродной еретичке такие почести?.. — совсем неподалеку от меня раздался громкий, намеренно глумливый голос.
В то же мгновение я уставился на придворных гомонящих за столами, пытаясь выявить автора слов. Этот? Или этот? Предъявить претензии не по адресу, это еще больший косяк. Не понятно кто, но точно из-за стола сторонников Пентьевров…
— Дядь Вань… — Феодора положила ладонь на мою руку. — Судачат, небось, обо мне?
— Есть такое дело Федюнька…
— Если можешь, не обращай внимания… — попросила девушка. — Не надо бузы, хворый ты еще. И крови хватит. А судачить будут, так всегда. Чужая я здесь…
— Ничего, завтра отправимся туда, где ты не будешь чужая. Луиджи, Пьетро, отправляйтесь к гранд-камергеру дюка и сообщите, что я прошу немедленной аудиенции, по очень важному делу.
Разрешение на аудиенцию пришлось ждать долго. Я за это время почувствовал на себе немало неприязненных взглядов, но вслух ничего больше не озвучивали.
Уже когда начало темнеть, пеня препроводили в шатер дюка.
— Сир… — после обязательных поклонов, я положил на стол шкатулку и ключ к ней. — Прежде чем я отбуду из Бретани, хотелось бы вручить вам небольшой подарок.
— Конт… — дюк сделал шаг к столу с любопытством разглядывая шкатулку. — Прежде все я хочу сказать, что я доволен вами…
— В рамках своих союзнических обязательств, я ваш покерный слуга, ваше высочество.
— Вы многое сделали во благо Бретани, за это столь короткое время… — продолжил дюк, проигнорировав мои слова. — И награда не заставит себя ждать… Но об этом, чуть позже. Показывайте свой подарок. Признаю, вы меня достаточно заинтриговали.
Я молча открыл ларец, достал грамоту и с поклоном вручил дюку.
Франциск развернул свиток, быстро пробежал глазами по тексту, глянул на печати, а потом бросил его на стол.
— Откуда у вас это, граф?
— Признаюсь, сии документы оказались у меня совершенно случайно. Банальная неожиданность. Но как ваш верный союзник, я не смог остаться в бездействии и изъял документы, ибо понимал, что они будут сильным козырем в руках руа франков. Вот здесь показания людей Паука, ваше высочество…
У дюка нервно дернулась бровь, но в остальном он казался спокойным.
— Граф… — последовала недолгая пауза. — Я более не желаю, чтобы Бретань, оставалась вотчиной для ваших непонятных игр. Игр человека, состоящего на службе у другого государства.
Честно говоря, я даже немного растерялся, так как не ожидал, такого поворота событий. Вот же сука, я тут живот кладу на радение о Бретани, которая мне, по большому счету, в хрен не впиралась, а он, видите ли, не желает…
— Однако… — дюк улыбнулся уголками губ, явно что-то распознав на моем лице. — При этом, я не буду отрицать, что сии игры направлены на радение во благо Бретани и… — последовала легкая пауза. — И во благо дома де Дре…
Я мысленно чертыхнулся, а вот хрен поймешь к чему он клонит, но изобразить вежливый поклон не забыл.
— Посему… — очередная полная интриги пауза. — И даже не смотря на то, что граф де Граве сеньор де Молен барон ван Гуттен прошелся по некоторым планам моих людей, как дестриер по песчаному замку, я буду вынужден сего благородного мужа наградить…
Я выдохнул…
— Мэтр Гаспар…
В шатре немедленно нарисовался мужичок в черном, очень похожий своим видом на папу Карло. Он низко поклонился дюку, попутно стрельнул глазами на ларец со свитками. И вот тут, у него, в буквальном смысле, полезли глаза на лоб. Мне даже показалось, что он сейчас помотает головой. Не понял, он что, узнал его? Ой…
— Видите, мэтр Гаспар… — добродушно улыбаясь, с иронией сказал герцог. — В моем герцогстве, ничего невозможно потерять. Заберите это…
«Папа Карло», живо подхватил ларец, и не оборачиваясь, не забывая кланяться при каждом шажке, «тылом» вперед выскользнул из шатра.
— Народец… — пожаловался мне дюк. — Если хочешь, чтобы что-то сделали правильно, надо делать это самому.
— Сир? — намекнул я дюку, что было бы неплохо указать, где же я напортачил.
— Так вот… — герцог даже не глянул на меня. — Надо бы вас наградить, конт. Вот только как? Боюсь, вы побогаче меня будете…
— Ваше высочество… — я сделал вид что оскорбился. — Я живу службой, о каком богатстве вы говорите?
