Сегодня полдня был простой, блоки дали нам бракованные, и весь наш поток остановился. От нечего делать слонялись по цеху. Любезнов отыскал где-то дохлую крысу, завернул ее в газету и положил на рабочее место Нюры Поталиной, когда она ходила в столовую. Та вернулась, нашла дохлую крысу и расплакалась. Я Любезнову сделал замечание, но он меня грубо оборвал, сказал, что я такой же слесарь, как он, и зря распоряжаюсь. Чуть с ним не подрался, но Бурков принял мою сторону и разнял нас.
Я заметил, что Маторин лодырничает и работает с прохладцей. На одно курение у него уходит изрядная доля рабочего времени. Я нарисовал на него карикатуру, но до него не дошло. Он даже затеял со мной разговор и попросил подарить ему на память, когда буду снимать карикатуру со стенки. Каков гусь!
Сегодня вечером, после работы, ко мне подошел Поталин. Сказал, что хочет поговорить и посоветоваться со мною. Мы с ним завернули по дороге в пивную. Выпили по стопочке водки, а потом, как говорит он, отлакировали пивом. Он долго мялся и никак не мог приступить к разговору. Потом признался, что боится меня. Я спросил почему, и он сделал самое неожиданное признание. Оказывается, он влюблен в нашу Таню. То-то я примечал, что он очень прихорашивается в те дни, когда приходит к ней заниматься. Я прямо ошалел от этой новости. Таня у нас такая гордая, и я всегда волновался, думая, что нелегко будет ей, когда она влюбится. Ну, в Поталина-то она, конечно, не влюбилась, но все-таки надо с ней поговорить. Поталину я сказал, что запретить ему влюбиться в Таню я не могу, но прошу помнить, что для Тани он не подходит. Она очень начитанная и умная, ей и говорить-то с ним не о чем будет. Он заявил, что тоже об этом думал и решил учиться. Он уже был на курсах, где проходят среднее образование. Он только просит меня, чтобы я не относился к нему плохо, когда он будет приходить к нам. Его Таня пригласила заходить по воскресеньям пить вечерний чай, а он уже пропустил два воскресенья, боялся какой-нибудь выходки с моей стороны. Я засмеялся и пообещал воздержаться от выходок. Поталин очень меня благодарил, хоть парень он, должно быть, гордый. Потом проводил меня до дому и долго задержал разговорами на улице: наверно, надеялся, что невзначай увидит Таню. Но она так и не показалась. Он сказал мне, что с Пашкой Костромитиновым окончательно рассорился, тот хочет его увлечь в пьянку, а Поталин на это не поддается, так как ведь он поставил перед собой иную цель.