Сегодня день горячий, такого еще не было. К началу работы явились два парня — новенькие, с производством мало знакомы. Один — высокий, тощий, малоразговорчивый, по фамилии Любезнов. Другой — поменьше ростом и толстенький, с красными щеками, Маторин. Бурков подвел их к станкам, а в это время промчалась вагонетка с деталями, и Маторин от страха вздрогнул и отпрыгнул в сторону. Любезнов же от неожиданности выругался и сплюнул сквозь зубы. Видать, он смелей. А часа через два Буркова снова отвлекли от работы. Явилась девушка, довольно хорошенькая, со светлыми кудряшками, и заявила, что она тоже направлена к нам на работу. Пришла в модном комбинезоне, и ногти наманикюрены. Бурков нос повесил от огорчения. Она ему сказала: «Буду слесарем-сборщиком». Заявляет, что окончила какие-то краткосрочные курсы. Вдруг Пашка Костромитинов кричит: «Нюрка! Зачем пришла?» Оказывается, она сестра Василия Поталина, того самого, которого моя сестра Таня учила грамоте. В общем, переполоху было много. С такими работничками успеха не достигнешь. Поталин подошел ко мне, извинялся. Говорит, что он ни при чем. Нюрка самовольно пришла в нашу бригаду, через нашего секретаря Игоря Скворцова. А вечером и сам Скворцов к нам явился. На этот раз задержался надолго: ведь с пятнадцатого наша бригада станет производственной коммуной. Об этом уже давно договаривались, да все задерживалось дело. А теперь уже начнем работать по-новому, коммуной. Мы с Бурковым выступали против ее организации, но нас проработали. Говорят, мы индивидуалисты, заботимся только о себе. Но мы согласились только при одном условии: если сначала нам дадут испытательный срок. Две недели проработаем коммуной и потом решим, будем ли ее создавать всерьез и надолго. Иначе пригрозили уходом из бригады. Скворцов кричал на нас, но уступил.
Второй день работаем коммуной, на сборке.
Сегодня на работу не явились трое: Любезнов, Пашка Костромитинов и Маторин. Бурков ходит чернее тучи. Мне объяснили: потому не ходят, что на коммуну надеются. Все равно, сколько ни работай, а заработок у всех общий. Так что выходит — один с сошкой, а семеро с ложкой. Я тоже обиделся, да к тому же при заводке машины один трактор долго капризничал. Никак не мог его отрегулировать. Время сегодня не шло, а катилось, но сделал мало…