Ребята в нашей бригаде за последнее время очень стараются, и Бурков ими не нахвалится. Маторин сегодня в обеденный перерыв подошел к нам и спрашивает, правда ли, что новый дом для ударников строят. Я ему ответил, что правда, и он ужасно обрадовался. Пообещал теперь, как привык он говорить, «вкалывать изо всей силы». Очень просил за него похлопотать: он, оказывается, живет в проходной комнате и спит на полу.
А Поталин сегодня удивил нас, что теперь занимается на курсах и думает за три года закончить среднее образование.
Но больше всего удивил меня Пашка Костромитинов. Этот отчаянный парень, у которого раньше разговора только и было о том, где кто пил и где кто напился, теперь торчит в мастерской день и ночь. Право, не понять, когда он спит. Мы с Бурковым пришли как-то вечером в мастерскую и накрыли Костромитинова за работой. Оказывается, он заболел изобретательством. Очень долго соображал, почему у нас так много бракованных рессор. И придумал: надо сверлить их до закалки. Предложение простое, а брака теперь почти не будет!
Даже Любезнов втянулся в работу и теперь не прогуливает. О Нюре Поталиной и говорить нечего: она теперь обедает у станка, всухомятку — говорит, не хочу времени даром терять. Но мы с Бурковым подозреваем, что она мстит Маторину: он теперь ходит обедать один и насчет дарового хлеба ему труднее стало. Официанты его уже давно заметили и дополнительной порции ему бесплатно не выдают.
— Да, — сказал я Буркову, — теперь я понял, почему у нас начался подъем: ребята сознательнее стали. Ведь многое зависит от обстановки на заводе и в бригаде. Как почувствовали они, что мы с тобой держим их в стальной дисциплине и никакого послабления не даем, они и стали себя подтягивать. Одно дело, когда начальство подтягивает, а другое, когда товарищи, такие же слесаря, как они, беспощадно критикуют. От этой критики одно спасенье — работать честно, или «вкалывать», как сегодня сказал Маторин.
Бурков рассмеялся и сказал, что я люблю пофилософствовать, но мысль мою одобрил.
— Мы с тобой два корешка, — сказал он, — и оба как один человек. Нашу дружбу водой не разлить.