— Нет. — я тихо посмеивался. — Во-первых, время для таких разговоров уже упущено. Мы с ним попрощались, вернее он с нами, и теперь если идти к нему «на поклон», то незримый долг будет висеть над нами. И, возможно, над ним. — я на миг приподнял глаза, представив туманный мир и осколок черного стекла. — Во-вторых же, ему сотни лет. Он видел и участвовал в таких битвах, каких, надеюсь, больше не будет. А что можем мы? Я не маг, Айна не боец, а ты, — заметив движение, я произнес одними губами. — Странник лишь номинально!
Достаточно миловидная официантка поставила перед нами поднос с едой, и все разговоры стихли на несколько минут.
— Тогда, что планируем? — парень озадаченно пригладил темные волосы.
— У меня одна идея — вернуться на пепелище Формерта, а потом, если ничего не найдем, постучаться в Бунтер. Это, вроде, родина Мартина.
— То есть, четкого плана у нас нет? — едко улыбнулась Айна.
— И как вы обычно живете? — Копнарин поднял голову и поинтересовался у потолка.
— По ситуации. — буркнул я. — Многоходовочки, планы в планах и манипуляции это не мое.
— Вы вернулись? — неожиданно громкий голос Тугерта заставил обернуться нас, как и резко затихший зал. Опять.
— Да. — Леандр и Витольд вновь пришли в это заведение. Я погладил невидимое кольцо на пальце. — Мы плащи здесь оставили.
— Сию же минуту верну. — трактирщик скрылся за неприметной дверью, а паладины подошли к нам и придвинули табуреты.
— Попытка утащить в казематы номер два? — хмуро и негромко спросил я сам себя, но так, чтобы они тоже услышали.
— Нет, мы просто вернулись за плащами. — Леандр по пути взял кружку со стойки и наполовину наполнил ее нашим элем. — Хотя Витольд хотел еще вас деньгами отблагодарить. А то мы и вправду вас вытащили отсюда, как преступников, а вы же не такие?
Старший паладин вроде рассмеялся, но глаза его остались предельно серьезными.
Светловолосый достал откуда-то небольшой кошель и положил его на стол, отчего тот легонько звякнул. Заметив, что я не спешу шевелиться, Копнарин убрал его к себе в куртку.
— Отчего такой хмурый? — Леандр вроде как сочувственно осмотрел меня.
— Встреча с вашим главным произвела на него… — взяла слово Айна. — Сильные впечатления.
— Не, главный у нас Жакиз де ла Рук. — Витольд вернулся к столику уже накинув коричневый плащ и протягивая такой же своему напарнику. Или наставнику, что, возможно, ближе к правде. — А Воплощенный это руководитель в эти непростые времена. И все ведь началось неожиданно — умер глава города, ну а соседи попросили помочь по доброй памяти…
— Так и бывает. — негромко проговорил я. — Думаешь, что событие — мелочь, но впоследствии оно оказывается чуть ли не разделяющим жизнь на «до» и «после».
— У-у-у. — громко рассмеялся Леандр. — Вашему другу больше не наливать!
— Мы пойдем. — Витольд аккуратно потянул другого рыцаря. — Да продолжится ваше странствие во Свете и пусть там же окажется ваша цель. Кстати, это слова Воплощенного.
Стоило им выйти, как я неудержимо расхохотался, не обращая внимание ни на кого.
— Двинулся? — Данила с Айной переглянулись. — Похоже, что так.
— Вы поняли, что это значит? — я утер слезу с одного глаза. — Посланец Ларсигнии знает кто мы и кто наша цель. Они надеются, что Кандидат окажется на пути к миру, добру и позитиву с теплыми кострами, на которых горит зло, а вокруг греются люди. Хочется огорчить, но если Мартин все-таки станет Богом, то будет Богом сражений. Лучше бы сказал его искать!
Данила вывалил на стол кошель и стал пересчитывать монеты. Выходила дюжина, то есть двенадцать, золотых и десять серебряных, причем семь из них отличались от других. Они были тяжелее и слегка блестели. Я взял одну из них и покрутил в пальцах. Не помню такой чеканки в этом мире…
Айна провела над ними ладонью, отчего они мелко задрожали, словно поступил звонок на телефон в вибро-режиме.
— Присмотрись к ним. — произнесла она.
Я прикрыл глаза на пять секунд, а когда открыл, то увидел бело-золотую ауру вокруг каждой необычной монеты. Девушка мысленно потянулась к ним и кругляши рассыпались металлической пылью, чтобы через миг собраться в слово.
Формерт.
Переночевав, мы ранним утром вышли из обители. Две луны — белая и бледно-зеленоватая — были еще видны, и я указал на них Копнарину.
— Знаешь, — задумчиво произнес он, смотря в небо. — До этого я скептически относился, даже город особо не удивил, но вот светопредставление тех рыцарей и эти луны…
— Случилось чудо, граждане, он уверовал! — громко, словно глашатай на площади, крикнул я. Все равно в округе никого нет, а дикие животные или бандиты в такую рань обычно спят. Как, к слову, и Айна, которая недовольно поморщилась.
— Подумать только, — пробубнила она себе под нос. — Как в своем доме и мире, так спит до полудня, а стоит только появиться цели так сразу… — девушка прикоснулась к своему медальону, а после простонала, узнав время. Данила с некоторой завистью покосился на нее, а после постучал по своим часам. — Шесть тридцать восемь!
