— А ну, прекращай! — свист стих. Взамен его нечто стало приближаться. Данила сглотнул и прицелился. Черный маг качнул в воздухе кистью. — Не волнуйтесь, он просто так и не свыкся с мыслью о смерти.
— Он? — переспросил парень.
— Да был тут один местный, хотел меня свергнуть, а ему ваш знакомый голову снес… — Дарен потрогал шею. — Хм, традиция, однако!
Данила с укором посмотрел на меня.
— Но-но! Это был Мартин. Ты вернул к жизни того..? — я вспомнил только седого мужчину, с которым сражался сам чародей. Он, кажется, был в компании с более молодым и горячим северянином, который абсолютно не отложился в памяти.
— Ан Фалька. — кивнул он, а после заговорщическим шепотом признался. — До сих пор не знаю как его зовут и знать не хочу. Теперь его безумное сознание, закрепленное в теле, тренируется в надежде сразить своего убийцу. Но этого ему не видать!
— Получается, он будет бросаться на всех подряд? — Айна с неким воодушевлением слушала короткий рассказ. — Какой удобный инструмент.
В этот раз с опаской переглянулись мы с Данилой. Кажется, наши крыши едут по очереди. Нужно скорее выбираться из тумана.
Дарен лично проводил нас к воротам. Также настойчиво предупредил, что бы никто больше не пытался проникнуть в Формерт, мол, устал от людей, а воспоминания о смерти все еще свежи. Большие ворота, все также закрытые с помощью металлических балок, открылись от одного взгляда темного чародея. Он с небольшой улыбкой смотрел, как наша троица Странников уходит в белесое марево.
Копнарин быстро вырвался вперед. Айна держала руку на кинжале, а я задумался. Неужели человеческая вера способна вернуть к жизни, тем самым нарушив один из немногих законов магии? Или Дарену помогло колдовство, но тогда какой же оно должно быть силы? Вообще, а тот ли это чародей, пришедший в таверну или лишь его образ?
Трава все также хрустела под ногами. Ощущалось, что мы никуда не движемся. Впереди стена тумана, позади стена тумана и, правильно, по бокам стены тумана. Даже далекие беспокойные тени не бегают на грани сознания. Изнуряющая скука вместе с неизвестностью. Из-за этого даже появилось странное желания сплести какое-нибудь заклинание, чтобы призвать каких-нибудь тварей.
Мои пальцы уже зашевелились, впрочем, не затрагивая древний алфавит. В этот момент запахло озоном и еще каким-то газом. Данила ускорился. Его одежда, казалось, немного потеряла цвет. Туман становился плотнее, и я поспешил ухватить друга за плечо. Айна сделала также, почуяв изменения. Дошло до того, что я не видел своих пальцев, но прикосновение позволяло не потеряться. Трава перестала трещать от шагов. Опустилась тишина, которую никто не смел нарушить.
Копнарин неожиданно повалился назад, и я с трудом успел поймать его, почти не видя. Его красные, прокусанные губы сильно выделялись в окружающей унылой серости. Впрочем, мгла понемногу отступала, и я смог заметить, что его левая ладонь также была в крови из-за впившихся ногтей.
— Предупредил бы, что меткой пользовался. — Айна недовольно осматривалась, помня о выбегающих из тумана тварях.
— Мне кажется, он сам не понимал, что происходит и интуитивно воззвал к силе. — я снял перчатку и проверил пульс. Живой, но без сознания. Опять. Как сказал темный чародей некоторое время назад — традиция, однако! За последний день то один, то другая сознание теряет, и тащить приходится. Как классические перебравшие пятничные гуляки, честное слово.
Сквозь пелену послышались крики. В этот же момент я увидел пенек от дерева, срубленный не совсем аккуратно. Обычный пенек, которые до этого не встречались! Неужели мы выбрались в обычный мир?
— Демоны пришли! — спотыкаясь, на нас побежали разномастные люди. У каждого из них было оружие: топор, нож, реже — меч. Но копье одно на всех. — Руби их!
— Не поняла, это мы, что ли, демоны? — странным голосом сказала Айна.
— Мы люди! — крикнул я, призвав меч из кольца и парируя укол копья. Рюкзак неприятно отягощал. Руна каэль откинула нападающего на десяток метров. Он громко кричал в полете, пока не приземлился и заглох.
— Руби! — завопила пара голосов.
Договориться не выйдет. И куда мы только попали?
Фургул засверкал над головой, его серебристые молнии повалили на землю двух мужчин. Я скинул с плеч ношу возле Данилы. Айна тем временем создала какой-то серый шар с красными прожилками и, словно в играя в боулинг, катнула его по земле. Он стремительно разрастался, пока не взорвался множеством алых осколков. Они с легкостью пронзали, а потом застревали в телах, увеличиваясь, разрывая плоть на ошметки. Никто, на расстоянии в двадцать метров от шара, не выжил. Те, кто истекал кровью, еще не осознавали — конец близок.
Я быстро посмотрел на девушку. В ее руках появились две черные иглы, как при встрече с выркрином.
— Не много ли черного колдовства? — спросил я, беря из Данилиной кобуры пистолет. Ответа не было.
