Прошу тебя, милочка, заходи, сказал господин Готлиб, подливая себе коньяку, как твои дела? все ли в порядке? работы много? ну-ну, я рад. Дело вот в чем: ты, конечно, знаешь, что я очень ценю твою смекалку и обязательность, без тебя этот дом превратился бы в форменный кошмар! словом, я всегда знал, что могу на тебя положиться, рассчитывать на твою помощь, не так ли, дорогуша? вот и хоро-шо, отлично. Ты, верно, спрашиваешь себя, почему я вызвал не Бертольда, но дело в том, что с таким… с этим вопросом я не могу к нему обратиться, поскольку речь идет о Софи, то есть дело деликатное, и, конечно, я не хотел бы, чтобы наш разговор, особенно накануне свадьбы, просочился за стены моего кабинета, Софи, кстати, тоже ни слова! ты ведь знаешь ее характер, как с ней тяжело, когда она чем-то недовольна, ты меня понимаешь? Ну вот и хорошо. Видишь ли, речь пойдет о прогулках и экскурсиях, на которые ты с ней ездишь, о ее… скажем так, рабочих свиданиях с господином Хансом. Поскольку ты всегда состоишь при них, я хотел тебя спросить, не случалось ли такого, чтобы они, одним словом, не замечала ли ты хоть раз чего-нибудь? ну, хоть случайно! и не делай такого строгого лица, моя милочка, это не допрос, расслабься и не нервничай, мы ведь просто беседуем, верно? я представляю себе это именно так: должен же хозяин дома иногда интересоваться тем, что в доме происходит? речь только об этом! Да, конечно, дорогуша, я совершенно не сомневаюсь, что, если бы ты что-то заметила… Но иногда люди болтают, понимаешь? и их болтовня может дойти до… Нет! конечно, наше имя выше всяких подозрений, об этом ты можешь мне не напоминать, я только прошу тебя, Эльза, и, если хочешь, считай мои слова дружеским наставлением, удвоить свое внимание и бдительность в… Именно, именно так. Значит, мы поняли друг друга.
Как только Эльза появилась на кухне, Бертольд бросился к ней с расспросами, желая разузнать, что говорил ей господин Готлиб. Ничего особенного, ответила она. Не морочь мне голову! возмутился Бертольд, хватая горничную за руку, я что, по-твоему, дурак? А это тебе виднее, отрезала Эльза, отнимая руку, и ежели не веришь, так и не спрашивай. Ага, конечно! прошу меня покорнейше простить! воскликнул он, госпожа Эльза не желает, чтобы ей докучали! а то вдруг ее прогулочки и поездочки за город резко оборвутся! Что уж точно скоро оборвется, ответила она, так это мое терпение, оставь меня в покое, Бертольд, мне пора идти за покупками. Нет, но что же это такое! воскликнул он, оборачиваясь к кухарке Петре, ты слыхала? что ты на это скажешь? разве справедливо, что она то и дело таскается на прогулки с госпожой Готлиб, а мы с тобой целыми днями торчим здесь? Петра мрачно посмотрела на него через мраморный стол, стоявший напротив пяти колокольчиков для вызова прислуги, проведенных из пяти разных комнат, на секунду прервала нарезку помидоров и сказала: Мне все равно, чем тут занимаются другие, у меня здесь не дом, а работа. Так-то оно так, Петра! не унимался Бертольд, но ведь это несправедливо! Справедливого во всем этом, фыркнула Петра, рассекая помидор пополам, только то, что моей дочке не нужно зарабатывать на жизнь чисткой картошки.