Зов пришел глубокой ночью, спугнув яркий, вкусно пахнущий Лисьими яблоками сон. Художник заворочался, зашевелился, ломая свое гнездо, и поднялся на колени, сонно глядя во тьму. Зов щекотал его, тянул тысячами тонких, холодных рук, и Лис не хотел сопротивляться. Его новый друг снова затосковал без него.
Паренек сжался рыжей пружиной и спрыгнул с кровати, стараясь приземлиться как можно дальше. Уже прошло достаточно времени, чтобы там, в темноте между четырьмя упирающимися в пол ножками, поселилась Подкроватня. Она была еще совсем маленькой и даже не обзавелась детками, но Лису не нравилось, когда она хватала его за ногу или дышала на нее.
– Не обижайся, – тихо сказал он Подкроватне. – Просто Лис сейчас очень занят. Он очень-очень спешит.
Рыжий торопливо натянул штаны, рассыпая карандаши и шишки, потом футболку и темную, почти новую рубашку, которую дал ему Кит. Рубашка была плотная, теплая, а за окном царил тот холод, который всегда появлялся перед тем, как должна была появиться мама. Кроссовки не нашлись. Наверное, снова решили поиграть с Лисом в прятки и сидели где-то за тумбочкой.
– Лис вас потом найдет, – пообещал им художник уже возле самой двери и босиком выскочил в коридор.
«Ец» тихо дышал во сне. Марево чужих снов сочилось из дверных щелей со всех сторон, пахло раскаленным металлом рыцарских доспехов, собачьей шерстью, полевыми цветами и еще чем-то. Возле комнаты Спящей босым ногам стало мягко – призрачные травы ее сна наполнили всю комнату и крались дальше. Лис присел на корточки, понюхал распустившийся фиолетовый цветок и озадаченно посмотрел на дверь. Слой паутины, который окутывал Спящую, уменьшился, но работы еще было очень много. Лис в наказание за забывчивость дернул себя за ухо. Если он и мог сегодня зайти, то только на обратной дороге.
В коридоре было почти светло от испускающих зеленоватый свет грибов. Грибы эти Лис называл потолочниками, хотя они росли и на стенах и даже в щелях на полу в местах, где жили люди. Они были противные на ощупь и занимались тем, что ели чужие жизненные силы. Маленьким хватало обычных эмоций, а вот большие могли выесть человека целиком. Лис пальцем поковырял пока еще маленькие грибы, вытер палец об штаны и по перилам съехал на первый этаж.
Там было уже темнее. Тук-тук-тук свесился с потолка, но, поняв, кто идет, умчался куда-то со всех лап.
– Какой же ты все-таки… – обиженно вздохнул Лис, провожая его взглядом. – Совсем дружить не хочешь!
Быстро переступая ногами по холодной плитке, Лис добрался до входной двери и, как можно тише отворив ее, выбрался из корпуса. Оставленный мамой светильник – серебряная луна – тоскливо смотрел на него с неба. Новорожденные и совсем уже взрослые звезды давно расположились на своих местах и приветливо мигали. Где-то там сейчас сидела в своем гнезде Звездная Птица.
В траве светились крохотные разноцветные огоньки маленьких домиков. Лису предстояло бежать в темноте, и он на миг замешкался: а не попросить ли себе в ладонь огонек? Не стал, побоялся испугать крошечных жителей.
Кто-то ткнулся ему в ноги – сильный, теплый, лохматый, и Лис рассмеялся, узнав своего старого знакомого. Потрепал серую спутанную шерсть, погладил сложенные орлиные крылья. Крылатый Страж, сияя глазами-углями, довольно фыркнул и навалился на хохочущего Лиса, вылизывая ему лицо прохладным языком. От него пахло дождливыми улицами и мокрой пылью.
– Все, все, все… Не надо Лиса больше целовать. – Лис еле-еле отпихнул от себя сильного пса, весившего больше, чем он, и потрепал висячие, прижатые к голове уши. – Хороший, хороший… Ты к Пакости иди, ему как раз что-то такое снится.
Крылатый Страж тряхнул лобастой головой и снова ткнулся в Лиса носом.
– Лис не виноват, что Пакость тебя не видит, – вздохнул мальчишка, ласково коснувшись широкого лба. – Лис бы очень этого хотел. Может, еще увидит, он способный. А теперь извини Лиса. Лису нужно бежать-бежать… Он и так все время задерживается…
Умный зверь махнул хвостом на прощание и, отскочив, припал к земле. Крылья с шелестом распахнулись, рождая первый вихрь, который обрушил на Лиса дождь мелких травинок, колосков и сухих листьев. Серо-коричневая комета заслонила звезды и бесследно пропала.
Лис некоторое время задумчиво топтался на месте, потом спохватился и побежал по темной траве в сторону Беседки. Босым ногам, привычным и к камушкам, и к шишкам, и к голой земле, мелкие колючки и сухие стебли были нипочем.
