Ловя себя на том, что почти предвкушает встречу со всеми этими странностями, Кит вспомнил свои ощущения, когда вернулся домой после месяца в «Еце» и мысленно поразился себе. Возвращение в лагерь по ощущениям было больше похоже на возвращение домой.
Охваченные какой-то эйфорией, они болтали о надоевших всем комарах, о том, что Спящей намного лучше и это заметно, о том, что надо понадежней спрятать коробку с подарком для Лиса, и о том, как он обрадуется новым карандашам, о том, что Кит взял фонарик и это то, чего им недоставало, о том, что лампочки мигают, а купить их никто не додумался, и о том, что ночь, наверное, будет очень теплой. Ни о каких серьезных вещах не хотелось ни думать, ни тем более говорить.
Ночь и правда выдалась теплая, но обитатели «Еца» духоты не ощущали. Она была как раз такая, чтобы жечь костры, бегать по земле босиком до утренней росы и до рези в глазах таращиться на виднеющееся между шапками сосен небо, выглядывая падающие звезды.
От дикого смешения запахов, особенно четких почему-то в ночном воздухе, у Кита кружилась голова. Пахло дымом костра, горящего в ямке на привычном месте, золой, в которой все перемазались с головы до ног, яблочными семечками от сидящей рядом Спящей и увядшими травами из ее венка, печеной картошкой и печеными яблоками, а еще растаявшим, горчащим смолой пломбиром, залитым вишневым вареньем, которое привезла Немо, и Новым годом. Новым годом пахло оттого, что практически все апельсины были почищены и съедены, а запах их кожуры смешался с запахом сосновых игл. Лисьи яблоки, конечно, не мандарины, но у Кита это сочетание вызывало именно такие ассоциации.
Сам Лис, кстати, никуда не спешил убегать. Носился кругами, аккуратно складывал в свои бездонные карманы апельсиновые корочки, без конца сыпал фантастическими сказками о Лисьих яблонях и солнечных кроликах, а потом, жмурясь от счастья, сел рисовать при свете костра.
– А что Лис будет рисовать? – спросила Спящая, подсев к нему поближе. – Лис уже придумал?
– Пока не совсем, – признался младший, ровными рядами выкладывая на земле рядом с собой карандаши.
– А может, Белого Зверя? – предложила тем же тоном Спящая. – Того, о котором ты рассказывал? Нам всем было бы интересно на него посмотреть.
Рыжий задумчиво посмотрел на лист бумаги, потом неуверенно взял синий карандаш и, постучав им себя по носу, улыбнулся девушке.
– Лис думает, что можно и его. Сейчас попробует…
Немо, сидящая на качелях в тени, улыбнулась, оценив маленькую хитрость Спящей. Это был самый простой способ раскрыть тайну загадочного Белого Зверя.
Кит вытянул босые ноги и только подкинул в пламя сухих веток, как рядом плюхнулся Пакость. Зажженная сигарета в его пальцах была словно сбежавшая из костра искра.
– И как оно там… на большой земле?
– Странно, – признался Кит после долгой паузы, во время которой он напряженно подбирал слова. – Люди, машины, шум… Оказывается, я от этого всего отвык.
– Невесело. – Пакость скрестил длинные ноги и выдохнул едкий дым. – Если даже тебя догнало, то что уж об остальных говорить… А Немо?
– У нее спроси. Кажется, тоже отвыкла от реальной жизни. Даже больше, чем я.
– От реальной… – прыснул Пакость. – Ну да, здесь хороший такой виртуальный мир. Графика на высоте и все такое… – Он суховато рассмеялся и ткнул Кита локтем. – Ничего особенного не снилось?
– Может, и снилось. Если б я еще помнил. – Кит усмехнулся мрачновато, понимая, отчего Пакости пришло в голову спросить о его силе.
Июль перевалил за середину. Лето сгорало, как сухой лист в костре, а не все могли еще похвастаться каким-то прогрессом. Расслабились, забросили тренировки. Нужно было браться за дело всерьез.
– Надо снова тренироваться, – проговорил тихо Полуночник.
Пакость отреагировал моментально, наверное, это уже получалось у него больше на рефлексах, не задумываясь.
– Только один давай, без Спящей. Тебе-то она зачем? И так получится.
Кит обреченно покачал головой, но лезть в бутылку не стал. Не хотелось портить такую хорошую ночь. Да и неважно ему было – одному заниматься или с кем-то.
– Хорошо, без Спящей. Но если она захочет, я ее прогонять не буду.
Их разговор нарушил удивленный голос Немо, которая подобралась к Лису и умудрилась заглянуть ему через плечо.
– А что это такое сине-черное у тебя? – спросила она, кончиком пальца очертив намеченный контур.
– Подкроватня, – заявил Лис, не отвлекаясь от своего рисунка.
Привлеченная их разговором Спящая тоже заглянула к Лису и охнула тихо.
– Подкроватня? А где Белый Зверь?
– А он не захотел рисоваться, – развел руками Лис, сверкая хитрыми желтыми глазами.
От этого поворота рассмеялись все, включая его самого.
– Лис не зря Лис, – сквозь смех выдавил Пакость. – Этого так просто не подловишь!
