– Ковры-самолеты, – уточнила Василиса. – Цены на полеты у нас низкие (царь-батюшка сам путешествовать любит), но зато, чтобы ковер-самолет в аренду взять, кучу бумаг заполнить нужно. Но это правильно. Если каждый без надобности по воздуху летать станет, то ничего хорошего из этого не получится. Я вам сейчас документ один дам – лицензия называется. Без нее вам ни шапку-невидимку, ни ковра-самолета не получить.
– Надо же! – засмеялась Алла. – А у нас тоже лицензии выдаются. Мой старший брат в коммерческом банке работает. Он говорит, что каждый банк должен иметь лицензию. А лицензии коммерческим банкам выдает Центральный банк, который должен следить за тем, чтобы коммерческие банки не нарушали закон.
Генка поморщился:
– В этих банках только и думают, как бы людей обмануть. Мамка моя брала кредит на покупку стиральной машины – взяла десять тысяч рублей, а отдала – пятнадцать. Считай, пять тысяч банку мы переплатили. Разве это не жульничество? Зачем вообще банки нужны? Мы и без них бы обошлись!
– Нет, Геночка, – фыркнула Алла, которой брат много чего про свою работу рассказывал. – Без банков не обойтись. Вот смотри – отгрузил, например, японский завод партию компьютеров российскому магазину. Как без банка магазин с заводом расплачиваться будет? Директор с чемоданом денег в Японию полетит?
Генка подумал-подумал и согласился:
– Нет, так неудобно будет.
– Конечно, гораздо удобнее в российский банк документы принести на оплату, а наш банк уже японскому банку нужную сумму перечислит. А вот ты про машину стиральную вспомнил. Нравится твоей маме эта машина?
– Ясно, что нравится!
– А смогли бы вы ее тогда купить без банковского кредита? Не смогли бы, и твоей маме пришлось бы стирать вручную. Так что и для вас банк полезным оказался. Банков у нас сейчас много, и нужно выбирать такой, где процент по кредиту меньше.
– Ха! – снова взбрыкнул Генка. – Там в этих процентах поди разберись! Там чтобы всё посчитать, банкиром быть нужно.
Но Алла возразила:
– Это не так трудно. Считай сам. Ты берешь в банке тысячу рублей. В договоре указывается, сколько процентов ты должен заплатить, чтобы пользоваться этими деньгами целый год. Если в договоре указаны десять процентов, то сколько ты должен вернуть банку через год?
Генка задумался. Его губы шевелились – он подсчитывал проценты в уме.
Выскочка Андрей Баринов, конечно, нашел ответ быстрее.
– Одну тысячу сто рублей! – громко сказал он. – Сто рублей – это десять процентов от тысячи.
– Правильно, – похвалила его Алла, не замечая, как нахмурился Генка. – А чтобы банк не смог обмануть, нужно внимательно читать договор – там все условия прописаны.
– Да хватит вам о банках разговаривать! – вмешалась Галя.
А Василиса уже достала из шкатулки свернутую в рулончик и перевязанную атласной ленточкой бумагу.
– Эта лицензия дает право пользования волшебными предметами.
– Ого! – удивился Андрей.
– А как без этого? – спросила Василиса. – Нужно знать, в чьих руках волшебство находится. Недобрый человек даже добрые вещи во зло обернуть может. Лицензия именная. Эта на мое имя выписана. Вам такую не оформят – у вас документов наших нету. Так и Терентию, и в пункте проката ковров-самолетов говорите – дескать, Василиса за товаром послала. А я вам еще доверенность дам – дескать, разрешаю вам по этой лицензии волшебными предметами пользоваться.
– Знаем, знаем, – важно сказал Генка. – У нас доверенности тоже выдаются – на автомобили, например.
– А вот еще вам чистая бумага и карандаш – если потребуется весточку отправить, голубя подрядите или другую какую птицу.
Генка покрутил в руке карандаш – самый обычный карандаш, с каким он сам в школу ходит. Он и не думал, что такими в сказках пользуются.
Василиса засмеялась:
– Карандаши мы у вас закупаем – у нас пока таких не придумали, а с пером да с чернилами не всегда сподручно таскаться. Ладно, отвлеклись мы с вами. Когда до Кощеева дворца доберетесь, Несмеяну разыщите – может, она вам что подскажет – не верю я, что сердце у нее совсем зачерствело.
– А какая она, Несмеяна? – заинтересовалась Галя.
– Какая? – растерялась Василиса. – Красивая, конечно – другую бы Кощей замуж не позвал. И добрая очень, – и уточнила тут же: – раньше была. А какой теперь стала, про то нам не ведомо.
– А что же вас, Василиса, Кощей замуж не позвал? – полюбопытствовала Алла. – Вы вон какая красивая.
Василиса сверкнула белозубой улыбкой:
– А какому мужу понравится, если жена умней него будет? Я же целыми днями не с пяльцами да не с чугунками, а с книгами управляюсь. Потому и сижу в девках.
Книг у нее в избе было много – все старинные, в кожаных переплетах.
– А далеко ли отсюда до Патракеевки? – Генка решил показать себя деловым человеком – раз уж другие только о всяких там романтических чувствах думают, то должен же хоть кто-то и о деле вспомнить.
– Десять верст, – не задумываясь, ответила Василиса.
– Десять верст – это почти одиннадцать километров, – подсказал Андрей.
