Страсти по Чернобылю полностью

– Я все больше и больше прихожу к убеждению, что лучше ядерная технология. Но миллионы людей не соглашаются со мной. Чернобыль добавил интерес к этой проблеме. Все это понятно. В мире немало людей, которые испытывают страх даже от обыкновенного полета на самолете. Они судорожно сжимают руки, когда самолет взлетает. И я их не собираюсь критиковать, потому что хорошо понимаю – у людей разная психология. Но есть разница: они боятся, но они летают. В данном случае показательно, что эмоции человека не подтверждаются, а убеждаются его интеллектуальными расчетами, что риск, связанный с полетом на самолете, приемлем. В данном случае я хотел бы провести параллель между этим примером и ядерной энергетикой. Конечно, есть многое, что возбуждает умы людей, когда они говорят и думают о ядерной энергетике. Но я призываю к одному: давайте рационально действовать. Мы должны обязательно улучшать характеристики безопасности ядерных станций. Я считаю, что очень трудно будет выжить ядерной технологии, если подобные аварии будут происходить.

– Многие специалисты убеждены, что ядерная технология более безопасна, чем авиация. Традиционно было всегда, что ядерная энергетика имела на два-три порядка больше запаса безопасности, чем остальные технологии. Но специалисты так долго и много убеждали общественность в безопасности ядерной энергетики, что сами в это уверовали. Чернобыль отрезвил многих. И, с другой стороны, показал, насколько невежественна широкая публика. Не так ли?

– К сожалению, так…

– Прошел год после аварии. Как вы оцениваете работу наших специалистов?

– С одной стороны, причиной аварии были совершенно неправдоподобные, как мы считаем, ошибки, допущенные операторами АЭС. Но, с другой стороны, коль скоро такая авария случилась, все советские специалисты, которые были заняты работами по ликвидации ее последствий, показали исключительные способности и квалификацию. Конечно, прежде всего нужно отметить героические действия пожарников, многие из которых отдали свои жизни. На следующем этапе сказались преимущества государства с централизованным планированием экономики. То, что вам удалось в такие кратчайшие сроки привлечь все ресурсы, включая и интеллектуальные, и материальные, все организации, причастные к этой проблеме, говорит само за себя. Я далеко не во всех ситуациях являюсь сторонником централизованного планирования, но в данной ситуации она показала свои преимущества.

– Как будут, на ваш взгляд, развиваться международные инициативы в этой области, которые выдвинул Советский Союз?

– Авария в Чернобыле показала, что проблема безопасности ядерной энергетики носит международный характер. Конечно, нужно отметить, что каждое государство прежде всего ответственно за обеспечение безопасности ядерных установок перед своими гражданами на национальном уровне. Но Чернобыль подчеркнул, что вопросы безопасности являются интернациональными. И два вывода напрашиваются в этом направлении. Прежде всего мы видим настоятельную необходимость максимально широкого обмена информацией в области ядерной безопасности между странами, у которых имеется ядерная энергетика. Это, конечно, не какая-то новая идея, не новое предложение. Мы уж много лет работаем на этом направлении. Это – одна из задач МАГАТЭ. Чернобыль подчеркнул важность проблемы обмена информацией. А второй вывод заключается в том, что в настоящее время необходимо иметь международные стандарты безопасности, которые были бы взяты за основу всеми государствами, развивающими ядерную энергетику. Принять такие международные стандарты – это, конечно, только полдела. Не менее важно, чтобы был создан международный орган, который был бы наделен правами посещать ядерные установки в различных странах и смотреть, каким образом стандарты национальные отвечают международно принятым стандартам, соответствуют ли они им.

– Считаете ли вы, что общими усилиями удастся преодолеть негативное отношение к атомной энергетике?