Решётку опустили в самый последний момент. Падая, она раздробила панцири нескольких крабов, но их тела не дали ей закрыться до конца, оставив узкую щель, сквозь которую мог пролезть снежный кот или худой человек. С большим трудом протиснувшись под заострёнными шипами, знаток церемоний вошёл во внешний двор. Здесь останки чудовищ лежали вперемешку с телами защитников Цитадели. Шаман насчитал пятнадцать или шестнадцать боевых братьев Ордена в чёрно-оранжевых кафтанах, вооружённых уже знакомыми ему короткими жезлами. Странное оружие легко дробило прозрачные шары — вместилища гневных духов, управлявших чудовищами, но не могло защитить от острых клешней.
Один из поверженных бойцов привлёк внимание Тукуура. Он был совсем лыс, похожее на череп лицо покрывали бледно-голубые татуировки. Присмотревшись, шаман понял, что у воина совсем нет носа — только узкие дыхательные щели, прикрытые плотными кожистыми клапанами. До сих пор знаток церемоний только слышал о хамелеонах — загадочном морском народе с дальних островов. О них рассказывали всякие небылицы: хамелеоны могли во мгновение ока превратиться в любого человека, хамелеоны приносили кровавые жертвы живым камням, хамелеоны тайно управляли Орденом Стражей, а через него — всем государством. Не они ли создали незримые вериги? Это предположение казалось правдоподобнее прочих басен.
К удивлению шамана, среди погибших оказалось всего два крестьянина. Удалось ли остальным жителям деревни укрыться от нашествия чудовищ, или дома стали для них могилами?
Прокравшись мимо похожих на термитники хозяйственных построек, Тукуур подошёл к внутренней стене. Крепость-кольцо изогнутой короной опоясывала возвышенность, на которой стоял древний маяк, её чешуйчатая крыша, похожая на спину Дракона, отражала призрачный свет тысячей огоньков. Из овальных бойниц выглядывали жерла пушек. Мощные ворота, преграждавшие путь во внутренний двор, были распахнуты настежь. Внутри длинного туннеля лежало несколько воинов в фарфоровой броне. Подойдя ближе, шаман с удивлением понял, что это — вовсе не защитники крепости. Ожившие доспехи венчали львиные головы, глядевшие в небо пустыми глазницами. Мелкая стеклянная крошка усеивала песок у их ног. Похоже, древние воины открыли ворота своим союзникам-крабам, но бойцы Ордена смогли вновь упокоить их мятежные души.
Пройдя по сводчатому туннелю, шаман оказался на широкой площади, посреди которой высилась витая башня маяка. С этой стороны крепость-кольцо выглядела совсем по другому. Вместо серого камня — мозаика из разноцветной смальты, вместо редких узких бойниц — ряды широких стеклянных окон и полукруглых балкончиков с фигурными парапетами. Резные деревянные двери вели внутрь дома-стены, где располагались кельи боевых братьев, кабинеты наставников, залы для медитаций и тренировок.
Следы крабов покрывали полированный камень внутреннего двора хаотичным узором царапин. Они вели к неровному отверстию в скале у подножия башни маяка. Когда-то этот проход вглубь острова был запечатан крепкой каменной дверью, на остатках которой виднелись колдовские знаки. Долота, свёрла и порох победили древнюю магию. За грубым проломом виднелось освещённое тусклым белым светом помещение. Логика подсказывала, что именно там, в сердце скалы, Орден хранит припасы и стережёт важных пленников.
Приглушённый звук взрыва или пушечного выстрела донёсся из глубины. Тукуур замер в нерешительности. Похоже, в глубине ещё сражались выжившие стражи, но сможет ли он помочь им? И хочет ли Дракон, чтобы шаман им помогал? Эта мысль была довольно неожиданной. Всю жизнь Тукуура учили, что боевые братья Ордена — крепчайшая из опор государства, защитники народа от древних ужасов, верные дозорные Последнего Судьи. Но Лазурный Дракон призвал не их, а Дамдина и Тукуура, повелев найти колдунью, которую стражи обязаны были убить. Шаман чувствовал, что посланница Хора нужна повелителю духов живой, какие бы песни она ни пела. Но, возможно, стражам тоже? Иначе зачем они позволили колдунье ступить на остров, полный боевых слуг древнего народа? Вряд ли для того, чтобы собрать Высокий Трибунал, не выходя из дома. Ответы ждали внизу, и Тукуур, собрав волю в кулак, двинулся к пролому. Эхо его шагов многократно отражалось от изгибов дома-стены и казалось, что по внутреннему двору идёт несколько человек, но когда шаман останавливался, все шаги затихали.
Тускло освещённый сводчатый коридор широкой спиралью уходил под землю. Он был построен в виде цепи соединённых узкими проходами полукруглых комнат, в каждой из которых могли закрепиться и держать оборону вооружённые огнеплюями защитники. Когда-то каждый купол был украшен созвездиями ярко светящихся кристаллов, но за долгие годы многие из них потускнели и погасли. Некоторые из созвездий были хорошо знакомы Тукууру, другие он угадывал с трудом, третьи не видел никогда в жизни.
