— Итоги этого совещания, — начал он свое выступление, — очень красноречивы. Они убеждают в том, что большинство выступавших живет вне времени и пространства. Они не понимают, что происходит. Я знаю, за моей спиной, когда мне приходится выступать на любом митинге или совещании, «левые коммунисты», левые эсеры, меньшевики ехидно перешептываются: «Сейчас Ленин сядет на своего любимого конька, начнет убеждать, что без привлечения буржуазных специалистов мы погибнем». Я убеждал и буду убеждать. Мы начинаем строить социализм. Без техники, без науки, без использования опыта, который накопило человечество, мы свои задачи не выполним. Без организованной армии мы не сможем защитить первое в мире государство рабочих и крестьян. Нужно призвать на службу народу людей, которые являются носителями опыта, знаний. Пролетарии текстильных и кожевенных предприятий мудро рассудили, что фабриканты под их контролем принесут пользу. Теперь вы свидетели того, как работают текстильные и кожевенные фабрики в тех хозяйственных объединениях, где в правление входят бывшие фабриканты и буржуазные специалисты. Там обеспечен контроль рабочего класса, и дела идут организованно. Кто из коммунистов, кроме Красина и Смидовича, является специалистом-энергетиком? Но Смидович, который руководит сейчас электротехническим отделом ВСНХ, заявил мне, что для проектирования электростанций нужны специалисты особого рода. Он привлек к работе Графтио и других. Мы знаем, что Графтио относится к Советской власти настороженно, может быть, даже не верит, что она укрепится. Но он дал согласие проектировать задуманную им еще до революции Волховскую гидростанцию и назначен начальником проекта. Мы создадим условия для того, чтобы он смог завершить свой проект и построить станцию. Отказываться от привлечения буржуазных специалистов — значит погубить революцию. Мы, марксисты, знаем, что все зиждется на материальной основе. Создавать ее без специалистов мы не можем. Когда Муралов, Мандельштам, Мясников и другие товарищи, которых партия знает по подполью, по Октябрьским боям, заявляют, что в нашу Красную Армию нужно закрыть доступ всем офицерам, что нужно сохранить коллегиальность управления войсками, наконец, предлагают нам совершенно отказаться от армии и организовать народную милицию, мы отметаем эти предложения как несостоятельные. Нам возражают начетчики, что мы изменяем своим программным установкам. Мы ничему не изменили. Основывая партию, мы дали клятву защищать интересы рабочего класса и всех трудящихся. Корниловщина, калединский фронт, дутовское восстание показали, что защищать рабочих и крестьян от вооруженного врага можно только с винтовкой в руках. Мандельштам не понял, что дисциплина, которую он называет муштрой, — основа армии, что военное дело нужно изучать, как изучают профессии на заводах. Но наша дисциплина не похожа на дисциплину царской армии, любых армий мира, ибо она строится на сознательности, а не на принуждении. Красноармейцы отличаются прежде всего тем, что они знают, за что воюют, чьи интересы будут защищать с оружием в руках. Побывайте на Ходынке в красноармейских казармах, у латышских стрелков, охраняющих Кремль, вы увидите, как люди изучают военное дело, как относятся к тем офицерам, которые умело передают им свои знания. Мне известны все факты измены старого офицерства, случаи дезертирства из Красной Армии. На днях ко мне приезжали товарищи Берзин и Тер-Арутюнянц с Западной завесы. Жаловались на Троцкого. Он назначил на некоторые посты генералов, которых ненавидят солдаты. Это было опрометчивое назначение. Мы дали указание военному ведомству исправить ошибки. Но на той же Западной завесе большими участками руководят бывшие генералы и офицеры, честно оправдывающие свои назначения. Они организуют систематическую учебу, устанавливают твердую дисциплину, борются с анархизмом. Таким людям мы доверяли и будем доверять. Уже несколько раз на заседаниях ЦК мы обсуждали вопрос о привлечении специалистов науки, техники, военного дела. Только «левые коммунисты», любители фраз, ведут разговоры о «партизанских армиях», о «сознательных армиях», которыми будут руководить коллегии, в которых командиров будут выбирать и переизбирать по каким-то признакам, наверное по личным симпатиям. В ближайшее время вопрос о привлечении буржуазных специалистов, о единоначалии будет обсуждаться пленумом ЦК. Двух решений или компромиссов по этим вопросам быть не может.
Одобрительный гул был выражением настроения участников совещания.
Ленин вышел из-за стола, посмотрел на растерянного Мандельштама, снял со стула кепку.
— Владимир Ильич, мы подготовили резолюцию, — поднялся Муралов. — Разрешите огласить?
— Никаких резолюций принимать не следует, — твердо произнес Ленин, надевая кепку. — Вы попросили Центральный Комитет и правительство встретиться с вами, выслушать ваше мнение. Мы это сделали. Центральному Комитету я доложу, что говорили здесь товарищи. Но решение по вопросу использования буржуазных специалистов в армии и о единоначалии будет принимать Центральный Комитет.
