Из дома на Большой Никитской, где расположилось правление акционерного общества «Сормово — Коломна», вышла, возбужденно переговариваясь, группа людей. Судя по внешнему виду, одежде, манерам, это были рабочие и инженеры. По окающему говору не составляло труда опознать волжан.
— Теперь-то понятно, Иван Федорович, почему Мещерский финтил, ответа не давал, на что деньги ушли, — обращаясь к высокому рабочему в длиннополом бобриковом пальто с каракулевым воротником, скороговоркой произнес пожилой сталевар с пунцовыми от мартеновского загара щеками.
— Что же теперь делать, товарищ Пустынкин? — растерянно глядя на Ивана Федоровича, спросил пожилой латыш в фуражке инженера.
— Возвращаться в Сормово, товарищ Краминер, — буркнул недовольно сталевар. — У этих жохов все в руках, как хотят, так и ворочают… Получили деньги и размотали.
— Погоди, — возразил Пустынкин, — возвращаться рано. Нам нужно у Ленина побывать. Он должен знать, как Мещерский все по-своему поворачивает. Ленин будет на нашем совещании. На нем мы о всех этих сальдо-бульдо Мещерского и доложим.
Но совещание с участием Ленина не состоялось — всю делегацию Сормовского завода пригласили на объединенное заседание ВСНХ и ВЦСПС.
После заседания Пустынкин сообщил своим товарищам:
— Я Ленину записку написал о наших делах. Ответил, что придет завтра к товарищу Ломову в ВСНХ, чтоб встретиться с нами.
Назавтра в десять часов утра делегация сормовичей была в «Метрополе», в комнате заместителя председателя ВСНХ Ломова.
— Товарищ Ленин приедет? — нетерпеливо спросил Пустынкин.
— Горбунов звонил, что еще неясно, сможет ли он встретиться с вами. Советовал мне выслушать ваши претензии.
— Подождем товарища Ленина, — предложил Пустынкин. Они терпеливо выждали еще полчаса. Ломов снова позвонил в Кремль.
— Что же, товарищи, Ленин занят. Придется либо ждать, либо сделать кому-то из вас доклад, а я передам его содержание Ленину.
— Доклад прочтет инженер Каминер, — сказал Пустынкин.
Каминер стал читать отпечатанный на машинке доклад. Вдруг распахнулась дверь и вошел Владимир Ильич.
— Уже начали работать? Отлично. — Он подошел к столу Ломова.
— Знакомимся с отчетом о деятельности заводов, — сказал Ломов, поднимаясь из-за стола и уступая место Ленину. Тот жестом остановил его и сел на свободный стул у окна. Ломов подал ему справку о делах завода.
— Кто делает сообщение, председатель комиссии? — спросил Ленин.
— Наш инженер товарищ Каминер читает доклад, что мы в завкоме утвердили, — ответил Пустынкин.
— Прошу продолжать, товарищ Каминер.
Слушая доклад, Ленин просматривал врученные ему справки.
— Скажите, когда последний раз на заводах проходила инвентаризация. Как организован учет, как измеряется труд? — поинтересовался Ленин, когда Каминер закончил чтение.
— Для этого нужно быть экономистом, а я технолог.
— Как же завод оказался без оборотных средств? Сормовичам выделили крупную сумму, — глядя на Ломова, спросил Ленин.
— Разошлись по карманам! — сокрушенно воскликнул Пустынкин.
— Как так по карманам?
— Вчера удалось выяснить, — стал, горячась, рассказывать Пустынкин, — были в правлении. Они все на наградные употребили. Ответ один — есть приказ Мещерского. Выходит, снова Мещерский хозяин…
— Ясно. — Ленин прошелся по комнате. — Все ясно, — озабоченно повторил он. Сормовичи смотрели на него напряженно. — Каков, по-вашему, выход? Что вы решили предпринимать?
— Выход здесь, товарищ Ленин, один, определенный. Национализировать завод, — заявил Пустынкин.
— Вы советовались с рабочими?
— С отдельными товарищами.
— С каждым нужно посоветоваться.
— Да как же посоветоваться со всеми, Владимир Ильич? — удивленно произнес Пустынкин. — Это же тысячи людей.
— Вам следует вернуться на завод, сообщить рабочим, что вы обнаружили в правлении, а потом узнать их мнение о национализации. Если рабочие решат национализировать, мы их поддержим. Так и передайте сормовичам… А нельзя ли купить Мещерского?
— Хитер. Да и дешево не продастся, — уверенно заявил пожилой сталевар.
— Знания его, опыт купить?.. Завтра президиум ВСНХ обсудит положение на Сормовском заводе. Очень важно помочь сормовичам организовать рабочий контроль. — Ленин посмотрел на Ломова. — Расследовать, куда ушли те пятьдесят пять миллионов, которые получил завод. Все изучить. Положение с сырьем, топливом, обеспеченность заказами. Создать комиссию из людей, знающих производство, финансовое дело.
— Но неизвестно, придут ли специалисты работать с нами, — неуверенно заметил Ломов.
— Придут. — Ленин окинул всех взглядом. — На днях нарком просвещения Луначарский привез из Петрограда ответ Академии наук. Ученые заявляют о своем желании сотрудничать с Советской властью.
— Сама жизнь подсказывает, что нужно национализировать всю промышленность, — высказался Ломов.
— Национализировать сплеча не будем, — предупредил Ленин. — Попытаемся еще привлечь Мещерских к восстановлению и строительству. Они уверены, что в рабочем классе, в партии нет людей, умеющих управлять предприятиями. Тщетно. Есть. Не так много, но есть. Из рабочих контролеров растут новые мастера управления.
