Нет, его ничуть не смутило предложение телохранителя. В конце концов, это, наверное, вполне разумный поступок. Живой кузнец, если не может принести пользы, не настолько уж и необходим. Но почему же тогда он сам — настолько опытный и прозорливый придворный, ничего такого не почувствовал?
— Вы позволите мне говорить, Ваша Светлость?
Бален? А у него-то что?
— Говори.
— Не знаю, заметили ли вы… но этот человек не просто отвечал на ваши вопросы.
— А что же он такое делал? Я спрашивал — он отвечал. Или нет?
— Практически ничего вам не рассказав, он, тем не менее, понял из ваших слов очень многое.
— Например? — язвительно усмехнулся граф.
— Вы изучали его манеру боя, читали все донесения о нём, поднимали архивы, наблюдали за ним и его спутниками — и сообщили ему о том, что эта слежка продолжается и по сей день.
— И что? Как он сможет этими сведениями воспользоваться? Какая с этого польза для него?
— В тюрьме — никак. Но мы теперь точно можем сказать, куда он не пойдёт, если покинет эти стены. Искать его с помощью друзей теперь бессмысленно.
— Для этого ещё надо как-то оттуда выйти!
Маг кивнул.
— Именно поэтому мы и просим разрешения туда вернуться… Чтобы исключить эту возможность — раз и навсегда!
Марон Дел задумчиво прошелся взад-вперёд. А что… известная доля истины в этом есть…
— Хорошо! Возвращайтесь — и доделайте там всё!
Да, блин… обрадовал меня граф…
А с другой-то стороны — ты, чего, какой-то благодарности ожидал? Это от властей-то? Три раза "ха"! Это где ж такие "благодарные" руководители пребывают? Как сказано в одной хорошей книге — "чего стоит оказанная услуга"?
Да ни хрена она не стоит — ибо, уже оказана…
Ну, вот сидит тут такой весь из себя глава Канцелярии… Крутой — аж до невозможности!
А присмотрись — вылитый начальник какого-нибудь отдела полиции. И тому и другому только и радости кого-то там искать, да выяснять… а ещё и доказывать!
"Назначить виновного и строго наказать!" — это, правда, не из той оперы, но вполне применимо и в данных обстоятельствах.
У одного — план по раскрытию горит, а второго… ну, тоже, наверное, где-то припекает… раз он вдруг такую активность проявил.
На этом фоне барон Эспин, при всех его недостатках, выглядит прямо-таки образцом честности и справедливости!
И что, будем ему жаловаться?
Это, простите, как?
Письмо напишем?
При всей примитивности здешней "почты", в графский-то дворец послание, наверное, дойдёт… Да, толку-то с того? Против местной оттопыри барон просто не покатит — уровень не тот!
Это там он — персона!
А в столице?
Да и не успеет Эспин.
Я вспомнил, каким пристальным взглядом окинули меня телохранители графа — и поёжился… Нет, уж кем-кем, а простодушными лопухами эти ребятки точно не являются. И есть нехилая вероятность вскоре их тут лицезреть.
Или проще — сыпанут чего-нибудь в похлёбку… И всё, туши свет!
"Если у вас паранойя — это не значит, что за вами не следят".
И вот кто бы мне теперь пенял на чрезмерную подозрительность и недоверие? Пуганый я воробей… не только кустов опасаюсь!
Ещё в первый день я обратил внимание на ту самую дверцу, которой прикрывалось наблюдательное окошко в двери. На ней имелась примитивное запорное устройство — типа нашего оконного шпингалета. Перемещалось оно вверх-вниз в петлях. Удобно — хлопнул дверцей — запор под своим весом вниз и скользнул.
Присаживаюсь и снимаю сапог.
Разрезать голенища тут пока не додумались, да и подошвы никто не проверяет.
Вот и появляется на свет божий тонкая и прочная проволока — ещё из старых запасов. Крючок…
А кончик ремня у меня окован металлом. Блестящим — и вполне может выполнять роль небольшого зеркала. Морду брить, правда, неудобно — но я и не на конкурс красоты, вообще-то, собираюсь…
Вся тюремная братия сейчас провожает высокого гостя — это и к бабке не ходи! Визит замминистра МВД в СИЗО — в местных реалиях. И то, надо полагать, тут с этим намного круче обстоит. Потом, отходя от подобного перенапряжения, доблестные труженики местной системы исполнения наказаний, наверняка, пропустят по стаканчику…
Сразу ко мне точно не придут — с бодуна-то?
Щели между дверцей и дверью не настолько здоровенные, чтобы в них что-то можно было бы разглядеть. Но проволочка, точнее — проволочная петля, туда пролезает без затруднений.
Поворот… травим…
Теперь назад.
Мимо!
Ещё раз…
Опять туда же.
Ничего… не спешим…
Есть контакт!
Тянем-потянем…
Чуть скрипнув петлями, дверца приоткрывается.
Но в окошке — решётка!
Ну и что? Я, вообще-то, не сильно на кота похож — в такую дыру не протиснусь!
А вот пряжка ремня — вполне!
Покрутим… ага, вот и основной засов!
Снова в ход идёт проволока. И уже через пару минут я цепляю рукоятку на засове. Немного усилий — и мои ноги топают по коридорному полу. Это в камере он каменный — тут доски. Чтобы не так шумно бухали сапоги тюремщика.
Дверь на засов, окошко прикрыть!
И куда побежал бы обычный задержанный? Да, к выходу — куда ж ещё? Ага, к караулке… там-то его и приняли бы со всей радостью.
Нет уж… не станем облегчать местным "товарищам" их тяжкий и неблагодарный труд.
