– Это наш старший научный сотрудник по исследованию живых и псевдоживых форм жизни, – представил его Сахаров. – Весьма подающий надежды молодой ученый, вот только что прибыл на вахту, так сказать, отдохнувший и воодушевленный. Ну что там у вас, показывайте, – обратился он к сталкеру.
Сталкер оглянулся в поисках подходящего стола, заметив заодно, что в лабораторию зашел еще один здоровенный долговец, также в полном бронепакете и с ОЦ-14 в руках. Все столы были заняты ноутбуками, микроскопами, какими-то мешалками, центрифугами и другими приборами неизвестного назначения. Завидев квадратный ящик метровой высоты с выдвижными полками под медицинский инструмент, Егор вопросительно кивнул в его сторону.
– Да. Давайте туда, а то сами видите, все столы заняты, – согласился Валерий.
Не спеша сложив в уголок рюкзак, дробовик, разгрузку, сталкер, хрустнув пальцами, начал разворачивать тряпочный ком. Долговец приблизился ближе, вытянув шею и заглядывая поверх голов на происходящее. Сахаров задумчиво теребил губу. Валерий, склонив голову, наблюдал за манипуляциями сталкера. Наконец, кулек развязался, и на поверхность ящика выкатилась голова излома. Лицо долговца перекосила гримаса отвращения
– Вот тварь! – не сдержался он.
Сахаров остался как будто безучастен, лишь согласно кивнул несколько раз головой. Зато лицо старшего научного сотрудника Валерия Степановича озарилось прямо неземным внутренним светом и восторгом.
– Да это же, pseudo unum armatus, – вскрикнул он. – Это излом!
Долговец только пошевелил губами, вероятно, не разделяя восторга ученого, но весь его вид говорил, что таких pseudo unum armatus’ов он бы в гробу видал и гвозди бы гробовщику подносил.
– Как давно он был жив?! – суетливо спросил Валерий.
– Да вот часов пять назад как я его усмирил, – ответил Егор.
– Пять часов?! Да это же еще живой объект! – восторженно орал Валерий.
Исполинский долговец, стоявший в проеме, вздрогнул, и его рука нерешительно потянулась за «Громом». Губы опять что-то беззвучно шептали.
– Вы посмотрите, совершенно целый мозг! Как вы смогли убить его? Ну да неважно. Это же наконец-то прольет свет относительно деления мозговых функций псевдоразумных форм жизни и их соответствия человеческим! Браво, сталкер Бобр, браво! – с этими словами он восторженно потряс руку Бобра.
– Я надеюсь, вы сможете выразить свою благодарность в денежном эквиваленте? – не упуская момент, спросил Бобр.
Все-таки работа с Сидоровичем оставила в нем свой отпечаток.
– Ну разумеется, Бобр, разумеется, – с достоинством кивнул Сахаров, – и если у вас все… – с этими словами он вопросительно поверх очков поглядел на Бобра, – то прошу подняться наверх за вознаграждением, также мы выделим вам комнату на ночь, бесплатно, разумеется.
Оставив помешанного от радости старшего научного сотрудника наслаждаться отрезанной головой чудовища, вся компания вместе с бойцом покинула помещение. Получив причитающуюся ему сумму за заказ в тридцать тысяч и еще двадцать за голову, Бобр, был вне себя от счастья, раскраснелся и долго пытался уложить упругую пачку зеленых во внутренний карман. Яйцо, глядевший на то, как Бобр суетится, сказал:
– Бобр, вот ты правильный мужик вроде, а одежка, как будто ты вчера сюда пришел. Коли есть деньги, купи ты себе нормальную броньку. На тебя ж смотреть страшно, пальцем ткни, и дырка.
Замерший Бобр виновато опустил глаза.
– Да… я…
«Да что я, в самом деле! Привык дальше свалки не ходить! – вдруг рассердился на себя Егор. – Сколько бы времени я бы по копейке собирал, а тут враз пятьдесят штук, поднял. Правда, тут тебе не Свалка, но кто ж без риска по Зоне ходит».
– Ты если за костюмчик боишься, что бандюки помнут, то переползай на Росток или к нам вступай в Долг. Мы эту шваль и в хвост, и в гриву гоняем, не пожалеешь. У нас надежно, верно, Долг, – по-своему поняв сомнения Бобра, сказал Яйцо.
– Спасибо. Я подумаю, – ответил Егор, и вправду решив подумать над обновлением своего гардероба, и отправился в отведенную ему комнату.
