Стражница вздрогнула, очнувшись, отдернула руку, будто испугавшись собственного порыва, и аккуратно перекатила крепко спящего воина на одеяло, подложив под голову сложенный плащ. После чего поднялась и отправилась на охоту, раз им тут до утра оставаться. В речке, вытекавшей из распадка, водилась вкусная жирная рыба, которой Ула и решила наловить для разнообразия, а Эргеду на ужин поймала пару кроликов – он мужчина, ему мясо надо, еще и после потери сил. Спать он будет еще несколько часов, восстановление лучше всего идет именно во сне.
Вернувшись, Ула разгребла тлеющие угли, под них положила рыбу, еще на берегу обмазанную глиной, и снова засыпала. Освежевала кроликов, сходила за дровами… Незаметно пробежали несколько часов, Эргед еще спал. Задумчиво покосившись на него, Ула все же решилась: они давно в пути, и очень хотелось помыться. А выше по распадку есть небольшой водопад, и речка растекается довольно глубоким бассейном, а к холодной воде Ула привыкла. Дух-защитник подтвердил, что опасности, кроме мелкого зверья, в пределах полукилометра никакой, и спящего Эргеда можно спокойно оставить одного. Так что Ула, достав свежую смену одежды из сумки, отправилась к водопаду.
После обеда распогодилось, облака разошлись, однако свежий ветерок бодрил. Несмотря на него, стражница скинула куртку, шерстяную рубашку и белье. Обнаженная, она смело ступила в холодную воду и, сразу окунувшись, поплыла к водопаду. Он шумно падал с уступа с высоты четырех метров, а отложения белой глины у берега отлично заменяли мыло и прекрасно очищали. Повеселев, Ула с удовольствием плескалась, фыркая под тугими струями, и даже начала мурлыкать незамысловатую мелодию. Внутри все пело, насыщаясь энергией, нервы тихонечко звенели, как струны, и сознание прояснялось. Не зря она любила горную воду, от которой у обычных людей ломило зубы. А ей нравилось, и ничуть не холодно, тело быстро привыкало. Тем более потом так здорово растереться чистой холстиной до красноты, чтоб аж мурашки по коже…
Эргед проснулся сразу, рывком, чувствуя себя на удивление бодро и уже не таким беспомощным, как несколько часов назад. Привычно бросил взгляд по сторонам – на костре тихонько булькал котелок под крышкой, рядом аккуратной горкой лежали странные продолговатые предметы, в которых Эргед не сразу опознал запеченные тушки рыб. Улы нигде не было, и в груди тревожно кольнуло. Откинув одеяло, воин резко выпрямился, на несколько мгновений его повело, но он упрямо тряхнул головой и осторожно встал. Остаточная слабость еще гуляла по телу, однако на ногах Эргед держался твердо. Прихватив перевязь с мечом, обратился к духу-ищейке, и тот отозвался фырканьем, в котором гончему послышалась насмешка. Тем не менее волк послушно повел вперед, к речке, а потом вдоль нее.
Чего он точно не ожидал, так это увидеть подобную картину. Звонкие струи разбивались, дробились на множество капель, создавая водяную завесу, а под ней угадывалась стройная фигура. Обнаженная. Ошалелый взгляд Эргеда, замершего за пышным кустом, медленно и завороженно скользил по плавным изгибам, выхватывая мягкие очертания груди с тугим шариком соска, тонкую талию, подтянутые, упругие даже на вид ягодицы… Вода едва прикрывала бедра, мокрые пепельные волосы струились по спине, закрывая почти до поясницы. Эргед рвано выдохнул, чувствуя недвусмысленное напряжение в некоторых частях тела, боясь пошевелиться и ненароком выдать себя. Конечно, нехорошо подглядывать, да кто ж знал, что Ула всего лишь освежиться отправилась! И как теперь выпутываться из дурацкой ситуации?!
Воин тяжело сглотнул, делая равномерные глубокие вдохи, а стражница, откинув голову, вдруг резко села, погружаясь в воду, и он решил, что самое время вернуться к лагерю. И постараться сделать вид, что ничего не произошло и он только что проснулся. М-да. Как бы еще избавиться от навязчивых картинок стройного тела под струями водопада, кто бы подсказал. Стараясь не шуметь, он вернулся к месту стоянки и с невольным вздохом облегчения устроился на одеяле – после прогулки слабость все же одолела. И аппетит проснулся, а похлебка так аппетитно пахла…
Эргед, сглотнув, покосился на котелок и запеченные тушки, размышляя, будет ли вежливо с его стороны приступить к еде, не дожидаясь возвращения стражницы. Словно угадав его мысли, из-за деревьев появилась посвежевшая и умиротворенная Ула, судя по блестевшим глазам и тени улыбки, притаившейся в уголках губ. Волосы заплетены в косу, однако у Эргеда словно ожила перед глазами картинка, как они струятся по спине и плечам. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы эмоции не отразились на лице.
– Уже проснулся? – невозмутимо поинтересовалась Ула, и гончий тихо выдохнул: вроде не заметила его за кустами. – Как ощущения?
– Нормально, только есть хочется, – честно признался Эргед, поспешно отведя взгляд, чтобы не слишком открыто пялиться на стражницу.
