Она даже не осознавала, какую чудовищную ошибку совершила: не осознавала до следующего утра, когда встала с постели после бессонной ночи и попыталась открыть дверь своей спальни. Будучи единственным членом семьи женского пола, она получила в свое единоличное пользование личный солар на втором этаже башни.
Дверь не поддавалась, явно запертая снаружи. Сначала Маргарет решила, что это случайность, но когда один из воинов отца принес ей завтрак, выяснилось, что это не так.
Она забросала солдата вопросами, но те остались без ответа, потребовала, чтобы ее выпустили, но ей было отказано. Когда стало ясно, что от солдата она ничего не добьется, Маргарет потребовала встречи с отцом.
Ей пришлось ждать несколько долгих часов, и Маргарет заподозрила, что подруга ее предала.
Факт предательства подтвердился, когда ближе к вечеру дверь открылась и в комнату вошел Макдауэлл‑старший. Он выглядел как довольный кот, только что поймавший большую жирную мышь. Сняв шлем, он положил его на стол и опустился на стул возле очага.
Маргарет остановилась перед отцом, дрожа от ярости.
— Что это значит, отец? Почему меня целый день держат взаперти?
Макдауэлл несколько секунд внимательно разглядывал дочь. Она, как правило, не позволяла себе говорить с отцом столь резко, и в другое время он непременно указал бы ей на это, но сегодня был слишком доволен собой.
— Только для твоей безопасности.
— Для чего?
Отец усмехнулся.
— Я бы не хотел, чтобы ты сделала неправильный выбор относительно своего долга.
И он поведал дочери о том, как ее предали. Бригид рассказала ему обо всем — то есть не совсем ему, а Дугалду. Маргарет недоверчиво посмотрела на отца, не в силах осознать масштабы бедствия.
— Но почему? Зачем Бригид это нужно?
— А мне почем знать? — Макдауэлл безразлично пожал плечами. — Подозреваю, все дело во влюбленности этой глупой девчонки в твоего брата. Она с детства ходила за ним по пятам.
Разве? А как же тогда она, Маргарет, умудрилась этого не заметить? Но все равно в поступке подруги смысла не было.
— Хотя я бы предпочел, чтобы о присутствии мятежника вблизи замка мне сообщила моя дочь.
— Но он мой муж, — заявила Маргарет.
— Уже нет, — отозвался отец.
От уверенности, прозвучавшей в его голосе, Маргарет похолодела.
— Папа, ты должен мне поверить, что я понятия не имею, где он сейчас. Уверена, он уже давно далеко отсюда.
— А я бы не был в этом так уверен. Мы ожидали нападения, и присутствие твоего мужа поблизости подтвердило наши догадки. Лох‑Райан — идеальное место для безопасной высадки с большого количества судов. Разве ты не заметила, как много людей я собрал в нашем районе за последний месяц? Я их распределил между близлежащими замками, чтобы мятежники не смогли узнать нашу численность. Мы для них подготовили замечательный сюрприз. Полагаю, сегодня ночью все решится.
Боже, только не это! Маргарет упала на кровать — ноги не держали ее. У нее в голове колокольным звоном гремели слова: «Никому не говори».
Она и не собиралась, но Бригид обо всем догадалась. Маргарет была уверена, что подруге можно доверять, и уж никак не ожидала такого предательства.
Только все это теперь не имело значения. Намеренно или нет, но она сообщила о присутствии Йена рядом с замком и, следовательно, предала. И эта ее ошибка, возможно, будет стоить ему жизни.
— Поверь, папа, ты все неправильно понял. Он пришел сюда, чтобы увидеть меня, только для этого. И мы с ним поссорились. Он увидел меня с Тристаном и тоже понял неправильно.
Отец встал. Его взгляд стал жестким.
— А я‑то гадал, с какой стати он повел себя как последний глупец, почему рискнул встретиться с тобой. Оказывается, всему виной ревность. — Отец расхохотался. — Если ты говоришь правду, тебе не о чем тревожиться, но если ты лжешь… — Он помрачнел. — Если ты лжешь, его ничто не спасет, потому что никто не помешает мне отомстить человеку, убившему члена моего клана. И если речь сейчас идет о возвращении Брюса, желающего стать королем, то мы наконец‑то получим признание, которого наш клан заслуживает. Ты только представь, как Эдуард вознаградит человека, который принесет ему голову предателя!
Маргарет продолжала просить, хотя понимала, что зря теряет время. Отец выбрал свой путь, а ее счастье — ничтожная цена за возможность отомстить.
О боже! Ведь муж просил ее никому не говорить об их встрече. Ни при каких обстоятельствах. Почему же она отнеслась к его словам без должного внимания?
Следовало что‑то предпринять.
Это была настоящая бойня. Стоя чуть ли не по колено в крови, Йен с трудом отбивался от воинов Макдауэлла. Сотни тел — в большинстве своем воины Брюса — плавали в озере, и вода на рассвете казалась красной.
Слишком поздно они осознали, что попали в ловушку. Суда с армией на борту, которую Роберт Брюс собирал пять месяцев, вошли в озеро под темным безлунным небом, и только потом они поняли, что были лишены самого важного элемента атаки — внезапности. Оказалось, что их уже ждали. И врагов оказалось намного больше, чем сообщила разведка Брюса.
