Естественно, далеко не все стрельцы безропотно восприняли действия правительства по достижению «примирения». Многие пустились в бега, не желая оказаться в ссылке или в руках своих бывших хозяев. Для их поимки местным властям было отдано распоряжение «по большим и по проселочным дорогам и по малым стешкам, и на реках, и на мостах, и на перелазах, и в ыных причинных местех поставить заставы». Городовым воеводам предписывалось задержанных беглецов и их «поноровщиков» сажать в тюрьмы, а их списки и допросные речи присылать в Москву. И все же многим беглым стрельцам удавалось преодолеть всяческие заслоны и укрыться в отдаленных районах страны. Только на Яике за 1683 г. объявилось более 300 беглых, в основном бывших стрельцов, которых казаки отказались выдать властям.
Повсеместные розыски лиц, причастных к «мимошедшей шато-сти», порой приносили неожиданные результаты. В июле 1684 г. прокричал «страшное великих государей слово» монах Иоасаф Са-рапа, содержавшийся в тюрьме Псково-Печерского монастыря. На розыске чернец заявил, что в мае 1682 г. к нему приходил старец Симеон, и говорил, что он беглый стрелец Сенька Юрлов московского полка Василия Пушечникова и что «наложено у него черное платье собою». Далее лжемонах поведал, что «пришел он во Псков, чтоб наговорить во Пскове стрельцов и казаков, чтоб побить дворян всех, а на Москве побить бояр всех на Семен день». Старца Симеона сыскать не удалось, так как монастырь он покинул еще в августе 1683 г. В ходе дальнейшего следствия к делу был привлечен «пскови-тин» Герасим Станищев, якобы имевший «тайные замыслы» с чернецом Иоасафом. Но от него удалось лишь добиться не совсем внятных показаний о том, что в некое время «в Великом Новгороде учал быть совет к бунту от московских стрельцов и для подлинного розыску присланы были во Псков московские стрельцы». Больше никаких результатов следствие не дало, и власти ограничились казнью расстриги Иоасафа.
Это дело не представляло бы особого интереса, если б не другие факты, обнаруженные в Новгороде. Совершенно случайно в руки местных властей попала частная переписка дворянской семьи Вындомских. В одном из писем старший Вындомский Тихон писал своему сыну Марку о том, чтобы он «промыслил у новгороцких стрельцов Московского приказу себе челобитную, чтоб у них быть ему Марку головою, а их де стрелецкого челобитья ныне слушают, и по их челобитью так и укажут». Отец рекомендовал сыну, «чтоб он, Марко, новгородских стрельцов взбунтовал и велел бить челом о заслуженных и вычетных денгах и об нем Марке, и о брате ево Вавиле к себе в головы». Внимание приказных людей, проводивших розыск, привлекли не только слова о бунте, но и то, что в другом послании к сыну Тихон Вындомский извещал Марка о готовности Хованских оказать ему содействие в его деле.
Речь шла о стольнике князе П.И.Хованском Меньшом, который, по словам отца, «всякого добра детям ево Тихоновым делать рад». Вындомский-старший советовал сыну по приезду князя в Новгород окружить его всяческим вниманием, так как «князь Иван Хованский к нему писал о тебе», а «ныне де князю Ивану зело добро, он ныне и правит все». Неожиданно получали подтверждение угрозы казненного начальника надворной пехоты, пугавшего в Коломенском царевну Софью возможным «бунташным» приходом к Москве новгородских служилых людей. Однако страхи вокруг «хованщины» постепенно уходили в прошлое. Правящим кругам, разделенным на враждующие группировки, предстояло решать уже другие политические задачи.
Очистив Боярскую думу от представителей клана Хованских, царевна Софья Алексеевна и ее единомышленники приступили к новому распределению государственных ролей. Ведущее положение в правительстве князя В.В.Голицына было закреплено пожалованием ему 19 октября 1682 г. почетного титула «Царственные большие печати и государственных великих посольских дел оберегателя». В декабре в управление боярину были переданы Иноземский, Рейтарский и Пушкарский приказы. Фаворит Софьи приложил максимум усилий для того, чтобы посадить в других ключевых военных ведомствах преданных ему людей. Руководство Разрядным приказом перешло думному дьяку В.Г.Семенову. Стрелецкий приказ возглавил думный дьяк Ф.Л.Шакловитый.
