Строматы полностью

(1,1) В шестой и седьмой книгах Стромат, гностических заметок, составленных в согласии с истинной философией, после описания, насколько это возможно, этических предметов и «гностического» образа жизни, перейдем к дальнейшему и покажем философам, что ведущий гностическую жизнь ни в коей мере не нечестив, как они полагают, но напротив, только его и можно назвать подлинно благочестивым, если, по возможности последовательно, рассмотреть гностический путь богопочитания, и без опаски изложить это письменно в наших заметках. (2) Ведь надлежит заботиться о «пище, пребывающей в жизнь вечную» (Ин. 6:27), как заповедовал Господь, или, как сказал где-то пророк: «Блаженны вы, сеющие во всех водах и посылающие туда вола и осла» (Ис. 32:20), то есть, народы закона и язычники, равно объединенные единой верой. «Немощный же питается травой» (Рим. 14:2), – согласно благородному апостолу.

(3) В нашем «Педагоге», который мы разделили на три книги, уже показан путь воспитания и выкармливания от состояния «детей», то есть, начиная с того этапа, когда в процессе элементарных наставлений воспитывается вера, вплоть до приготовления, в случае мужей более доблестной души, к принятию гностического знания. (4) Эллины ясно увидят из того, что мы намерены сказать, что преследуя любящих Бога, они сами поступают неблагочестиво. Затем, по ходу наших заметок и в соответствии со стилем «Стромат», мы намерены разрешить некоторые затруднения – эллинские и варварские – касающиеся понимания смысла пришествия Господа.

О стиле «Стромат»

(2,1) Луговые цветы растут как им вздумается, и плодовые деревья в саду не располагаются отдельными плантациями, согласно их виду, как если бы кто-то составил научную коллекцию: луга, Геликоны[1238], пасеки, покровы и т.д. Точно так же и мы, поскольку записываем предметы по мере их припоминания и не следуем какому-либо определенному порядку или последовательности изложения, но напротив, намеренно их смешиваем, наши заметки по форме столь же разнообразны, как и луг. (2) Заметки эти подобны, в некотором смысле, первой искре, зажигающей огонь, поскольку готовый к восприятию гносиса, если ему случится прочесть их, будет вознагражден за потраченные усилия и исследование пойдет ему на пользу. (3) Ведь справедливость требует, чтобы еде предшествовала работа, и тем более она должна предшествовать получению знания, которое ведет узким и тернистым путем, поистине путем Господа, к вечному и блаженному спасению. (4) Наш гносис и духовный сад – это Сам Спаситель, в Котором мы насаждены, перемещенные и пересаженные из нашей прежней жизни в более благодатную почву. Пересадка растений делает их более плодоносными. Сад же, в который мы пересажены, есть Сам Господь, свет и истинный гносис.

Двойственная природа гносиса

(3,1) О гносисе мы говорим в двух смыслах. Прежде всего, это общедоступный гносис, который есть сознание, общее для всех людей, а также способность восприятия, которая дает знание отдельных предметов, встречающихся в повседневной жизни, способность, которую имеют не только разумные, но также и неразумные [существа], и которую, поэтому, вообще не следовало бы называть гносисом, поскольку подобного типа восприятие осуществляется естественным природным путем. (2) То же, что можно назвать гносисом в собственном смысле этого слова, характеризуется наличием суждения (γνώμη) и разумного решения (λόγος), поскольку гносис может возникнуть только благодаря приложению разумных сил, направленных на объекты мыслимые и питаемые чистой энергией души.

(3) «Блажен муж, – говорит Давид, – который жалеет» тех, кто заблуждается и «дает взаймы» из переданных ему слов истины, но не случайным образом, поскольку «он ответит за свои слова на суде», и будет подсчитано «все, что он растратил, и все, что роздал нищим»[1239].

(4,1) Прежде чем перейти к непосредственному предмету нашего исследования, мы должны, вместо предисловия к последующему, закончить рассуждение пятой книги «Стромат».