— Мам, прошу тебя, оставь Лину в покое, ей сейчас и так тяжело — сначала пытались изнасиловать, а потом она голыми руками убила человека, оторвав ему голову…
— Дети, — голос женщины приобрёл неестественное спокойствие, — я ещё как-то могу понять, что вначале вы, испугавшись наказания, попытались решить возникшие у вас проблемы самостоятельно, но кто мешал вам позвать меня, чтобы предотвратить насилие? Или вы решили на собственном опыте изучить процесс? Вам мало показалось всего произошедшего, захотелось испытать экстремальные ощущения? Ваш зов о помощи пришёл очень поздно — зачем было тянуть до последнего? Даже боги не могут мгновенно найти среди миллионов похожих аур ту, которая нужна — без метки поиск занимает слишком много времени. И я уже жалею, что понадеялась на ваше благоразумие и не пометила вашу ауру, взяв ваши перемещения под личный контроль. Впрочем, никогда не поздно исправить эту ошибку…
— Прости, мама, мы так испугались, что этот самый разумный вариант просто вылетел у нас из головы… Вон, Линка до сих пор отойти не может, хотя и от ошейника самостоятельно освободилась, и насильника несостоявшегося прикончила.
— Дочка, надеюсь, вы с сестрой понимаете, что своим поступком вы не только нарушили запрет, но и совершили достаточно серьёзный проступок, поставивший под угрозу ваши жизни. Обычным наказанием вы теперь не отделаетесь, это вы понимаете?
— Да, мама, понимаю. Мы виноваты и готовы принять заслуженное наказание, но у нас были причины так поступить, и я хотела бы…
— Так, с вами всё понятно, — голос женщины неожиданно наполнился силой и властностью, — поигрались, и хватит. Собирайтесь, летим домой. И разбор ваших действий, и ваши объяснения будем слушать уже дома. И ты правильно опасалась, Селена, с этого момента вы будете находиться под замком, свободное передвижение я вам запрещаю.
— Поздно, мама, — вдруг тихо, но отчётливо произнесла Линнея.
— Что ты сказала, дочка? — удивлённо переспросила женщина.
— Мы действительно виноваты перед тобой, мама… — так же тихо ответила Линнея. — Сильно виноваты, и готовы понести за свои поступки справедливое наказание, — девушка оторвала взгляд от своих ногтей и, убрав руки за спину, устремила его прямо в глаза матери, — но сейчас позволь нам закончить то, зачем мы сюда пришли. Больше опасных приключений у нас не будет, и нападения нам больше не страшны. Я обрела силу, да и добровольный защитник у нас появился.
— Не тот ли это юноша, что пошёл к речке за водой?
— Ты угадала, мама. Он сильный маг и способен защитить нас от любой неприятности. Его умения и моя сила позволят нам спокойно завершить наше путешествие.
— Не этот ли юноша таким варварским способом залечил твои раны? У меня появилось сильное желание выдрать ему руки и больше не подпускать к больным, пока он никого не убил таким лечением.
— Не надо ничего ему вырывать, мама — у Керта не было выбора. Я истекала кровью и умирала, у юноши оставалось несколько мгновений, чтобы остановить кровотечение и залечить раны — тут уже не до красоты. А шрамы потом можно и убрать… Ты, кстати, сама и уберёшь.
— Как много интересного я узнаю… Тебя, оказывается, не только едва не изнасиловали, но и чуть было не убили, а ты, пытаясь всё это скрыть, всё равно просишь продолжить ваше путешествие! Я больше не буду расспрашивать вас о случившемся — лучше я сама вытащу всю нужную информацию из планетарного эгрегора, и по результатам просмотра решу, какого наказания вы обе заслуживаете. Кстати, я подумаю насчёт твоих шрамов — мне кажется, в воспитательных целях тебе неплохо некоторое время походить с ними. Быть может, глядя на себя в зеркало, ты научишься думать не только о себе, но и о родителях — Иллура, кстати, волнуется, переживает, места себе не находит. Как ты, вернувшись, будешь смотреть ей в глаза?
— Ты так и не ответила на мою просьбу, мама! Я повторно прошу разрешить мне и Селене закончить наше путешествие — теперь для нас оно безопасно, — ровным механическим голосом ответила Линнея.
— А почему ты считаешь, что я на это соглашусь?
— Потому, что я никогда и ни о чём тебя не просила, мама. Мне этот поход уже не нужен — я разрушила свой барьер и обрела силу. Этот поход нужен Силь, и я доведу её туда, куда мы шли, чего бы это мне ни стоило. Я смогу это сделать, мама — что бы ты ни говорила, я трезво оцениваю свои силы. А потом я вернусь домой и приму положенное наказание. Впрочем, ты можешь применить силу и забрать нас домой сейчас — ни я, ни Селена не сумеем тебе помешать. Вот только матерью я тебя после этого звать перестану!
