На всякий случай Стужа окликнула хозяина, но никто не отозвался. Сбежал? Девушка замерла. Олдрей мог. Если что-то услышал, что-то узнал. У этого проходимца была помощница. Довольно проворная буннка, которая вполне себе могла увезти Олдрея подальше от Гладии.
– Я гляну на втором этаже. Может, удастся понять, как давно он покинул дом. Осмотрись внизу, – бросила она Айку и начала медленно подниматься по ступеням.
Пыли в доме не было, вещи не валялись, половицы не скрипели. Вообще внутри всё выглядело ухоженным. Не похоже, что Олдрей бросил своё жильё. Лайла ступила на верхнюю ступеньку и увидела, как из приоткрытой двери одной из комнат пробивается свет.
– Ну, слава богу, – выдохнула Стужа. – Скорее всего, Ирда забыла закрыть двери, убегая на очередное свидание.
Лайла выпрямилась и увереннее приблизилась к двери. Насколько она помнила, там была любимая комната Олдрея. Он мало кого туда впускал. Уже схватившись за дверную ручку, Стужа услышала шум внизу: похоже, упало что-то очень тяжёлое. Сердце дрогнуло, девушка в панике обернулась.
– Айк! – позвала она. В ответ – гнетущая тишина.
Лёгкий шорох из комнаты хозяина дома заставил Лайлу вновь повернуть голову. Сначала она уткнулась в чью-то гигантскую грудь, а потом тяжёлый кулак обрушился ей в лицо, и всё вокруг померкло.
Айк приходил в себя медленно. Голова будто надвое раскалывалась, в ушах стоял гул, а во рту пересохло. С глухим стоном он попытался повернуться, но руки оказались стянуты за спиной верёвкой, всё тело затекло от неудобной позы. Дёрнув онемевшими запястьями, он понял, что связан туго, – жуткая мысль заставила вздрогнуть и похолодеть.
– Стужа, – осипшим от страха голосом позвал Бурелом. Рассмотреть комнату и присутствующих в ней Айк не мог, поскольку лежал лицом к стене. Невозможность двигаться и действовать так, как он привык, просто убивала его. – Стужа, ты здесь?
Позади послышалась какая-то возня. Калдор вновь насторожился, изо всех сил прислушиваясь. Лайла казалась ему невесомой, поэтому Айк отчаянно прикидывал, могла ли его спутница издавать подобные звуки. Что-то звякнуло, а потом зашуршало. Бурелом завозился на месте, пытаясь перевернуться и увидеть, что происходит вокруг. Тревога за Лайлу, которая так и не отозвалась, росла.
– Стужа! – повторил он, совершая очередной маневр, чтобы перевернуть своё огромное тело.
– Да жива твоя подружка, – провозгласил насмешливый женский голос.
Айк всё же смог повернуться, а потом даже сесть. Это позволило разглядеть не только говорившую, но и помещение, в котором он обтирал давно не мытые полы.
Посреди комнаты, погруженной в полумрак и хаос, стояла высокая худющая буннка. Очень быстрыми движениями она хватала всё более или менее ценное с полок и складывала в мешок.
– Столько лет я прислуживала этому упёртому барану, который обращался со мной как с падалью! Столько лет кормила его, переодевала, вела его дела, – недовольно бормотала она. – А эта сволочь мало того, что перестал платить, так ещё и кинуть меня собрался!
Айк вспомнил рассказ Лайлы и предположил, что перед ним была Ирда, помощница Олдрея. Он фыркнул, считая, что им со Стужей очень везёт попадать в гнусные места не в то время. Если он всё правильно понял, на его глазах разворачивалась делёжка нажитого Олдреем имущества. Причем делёжка проходила без участия самого хозяина скарба.
Бурелом вновь подёргал руками. Путы были крепкими, но их можно было хоть немного ослабить, чем он и занялся, принявшись усердно крутить кистями.
– Где Стужа? – сурово спросил Айк, буравя взглядом тощую.
Та повернулась к нему, хмыкнула, а потом оглушительно свистнула. Бурелом подпрыгнул на месте от неожиданности, а Ирда скрипуче рассмеялась. Спустя мгновение послышался грохот, и по лестнице чуть ли не кубарем скатился сухопарый мужичок.
– Чего звала? – поинтересовался он, бросая косой взгляд на калдора.
В одно мгновение Ирда преобразилась. На лице её расцвела нелепая улыбка, глаза заблестели.
– Девку притащите сюда, а то этот извёлся весь. Как бы глупостей не наделал.
– А может, их тоже того?.. – криво усмехнулся её дружок.
Айк нахмурил брови, прикидывая, как же эти два сухаря справились со Стужей и тем более с ним?
– Не надо, – всё ещё расплываясь в улыбке, пропела Ирда. – Она ничего так, не дура, да и не подлая. Нет в ней грязи. Пусть живут себе. Мы заберём своё и свалим.
– Как скажешь, – равнодушно сказал мужик, пожимая плечами.
Почти сразу он кинулся выполнять указ своей подружки, которая не отрываясь смотрела ему вслед всё с той же глупой улыбкой.
– Вот так любовь, – усмехнулся Айк.
– А что? – оскорбилась Ирда. – Ты не смотри, что мы неказистые и, может, не такие красавчики, как вы со Стужей. Это чего, нам не любить, что ли? Или нас любить нельзя?
– Эко тебя занесло, – обалдев от таких глубоких речей, присвистнул Бурелом. – Любите, пожалуйста, мне-то что за дело? Зачем же при этом на хороших людей нападать? И где Олдрей?
Ирда вздрогнула, и лицо её стало похожим на оскал животного.
– Он не был хорошим человеком, поэтому ему перерезали горло! Жмот, упрямец и вообще редкостный паскудник.
