– Да, хорошо! Ты права. Как только появится возможность, я сама сорву с Бурелома одежду и подарю ему высшее наслаждение. Так пойдёт?
– И получишь его сама, – рассмеялась Марта. – Ладно, одевайтесь, пойду, подготовлю остальных. Завтрак обещает быть интересным.
Стужа закатила глаза, а потом закрыла лицо руками. И правда, этот завтрак она вряд ли сможет забыть.
– Да ладно тебе, – ласково сказал Айк, приближаясь к ней и обнимая за плечи. – Марта на нашей стороне. Она любит тебя. И меня, само собой. Лучшего союзника нам не найти.
– Я знаю, – с удовольствием ныряя в его объятия, ответила Лайла. – Можно мы вот так минутку постоим? Выйдя за эту дверь, нам придётся вернуться в реальность, а сейчас там не очень радужно.
– Конечно, – ответил Айк, прижимая её крепче и целуя в макушку. – Мы можем так стоять сколько тебе потребуется.
– Знаешь, а я ведь приходила просто извиниться.
– Знаю. – Стужа услышала в его голосе улыбку. – Но ты не можешь всё время быть одна. Люди на то и люди. Они нужны друг другу. Я нужен тебе, а ты мне. Мы разные, да, но тем прекраснее наш союз. Твоя прохлада и мой огонь.
– Я думала о том… точнее, я собиралась закончить это дело и больше никогда с тобой не встречаться. Я считала, что тебе подходит кто-то вроде Даприи.
– Вот ещё, – удивился Айк. – Она прекрасная женщина, но не трогает моего сердца. Мы дружим.
– Это я поняла, – улыбнулась Стужа. – Я к тому, что, увидев тебя спящим, я поняла, что не хочу уходить.
– И я несказанно рад этому.
Дальше одевались и умывались молча. Выйти из комнаты оказалось тем ещё испытанием. Лайла никогда ещё не чувствовала себя так, будто нашкодила и спряталась. Марта, конечно, была права, что Лайла и Айк далеко не дети, но увидеть возмущённое лицо Айлы не очень-то хотелось. Некоторое время она нарочно медлила.
– Не волнуйся, они не кусаются. Будь готова к шуткам братьев и недовольству матери. Но помни, что моя семья любит меня и примет мой выбор.
– Серьёзно? – удивилась Стужа. – Элене повезло меньше?
Девушка понимала, что причиняет боль Айку, но в этом вопросе ей действительно хотелось разобраться.
– Тут другое, – тут же сник Бурелом. – Дело не в том, что Шелпстон принадлежит к другой расе. Дело в нём самом. Он сдержан, холоден и даже кажется грубым… – Стужа, слушая Айка, всё выше поднимала брови, демонстрируя удивление. – Ты не такая! Ты добрая…
– Айк, – девушка обняла ладонями его лицо, – это ты видишь меня такой. Ты даже глаза мои видишь. Для твоей семьи я ничем не отличаюсь от Огдена. Я принесла проблемы в твой дом.
– Не ты, – возмутился Бурелом, накрывая её руки своими, – это была не ты.
– Мы знаем, Айла – нет.
– Значит, нужно, чтобы узнала.
Спорить дальше смысла не было – Стужа поцеловала Бурелома в нос и вышла из комнаты. Не стоило больше тянуть. Ей придётся выслушать скабрёзные шуточки Кэла и Джоя, а также выдержать тяжёлый осуждающий взгляд матери семейства.
Встреча была холоднее могилы. Точнее, это Булл и Айла так встретили Стужу за семейным столом. Младшие братья Айка только глупо ухмылялись и подмигивали ему. Как бы это ни было нелепо, Лайлу такое поведение Кэла и Джоя хоть немного расслабляло. После короткой молитвы все приступили к завтраку, который был очень вкусным и сытным. Время от времени Стужа бросала осторожные взгляды, посматривая на суровое лицо Айлы, и поражалась самой себе. Совсем недавно ей было абсолютно всё равно, что думает о ней мать Бурелома, а сейчас в душе всё застывало от ужаса. Она чувствовала, что совсем расклеилась.
– Айк, – с усмешкой сказал Кэл, – что с твоим лицом? Не замёрз?
Эта пошлая шуточка вызвала смех у Джоя и самого Кэла, за что он получил затрещину от матери. Однако младший Дэррел не обиделся. Стужа не стала на это реагировать, поскольку была готова к выходкам братьев.
– Вот глупцы, Лайла лишь кажется ледяной, – вступилась за неё Марта, чем сделала только хуже. – А на самом деле она такая же живая и чувственная.
– Избавь меня, бога ради, от подробностей, – резко высказалась Айла. – Мы всё-таки за столом. Ладно эти два оболтуса не думают, что говорят, но ты, Марта!
– Прости, Айла, – улыбнулась Марта, ничуть не смутившись, – я просто хотела защитить нашу гостью.
– В этом нет смысла, – неприязненно заявила мать Айка. – В нашей защите она не нуждается, поскольку ни скромностью, ни какими-то понятиями приличий не обременена.
– Ты несправедлива, мама! – повысив голос, возразил Айк.
Стужа тут же взяла его за руку и сжала её, вынуждая друга посмотреть в её лицо. Она мотнула головой, давая понять, что ссориться с семьёй из-за неё не стоит.
– В чём же это, сын? – уточнила Айла, откладывая вилку. – Стоит ей появиться в нашем доме, как на нас наваливаются неприятности. В первый раз на нас напали, во второй тебя внесли в дом едва живым. Она влезла в нашу семью со своими проблемами и подвергает опасности моих детей!
Бурелом с громким скрипом отодвинул стул и поднялся на ноги.
