– Это не Лайла влезла в нашу семью, а наша семья влезла в её жизнь и почти разрушила её! – ледяным тоном ответил Айк. Стужа ещё никогда не видела его таким. Айла вопросительно приподняла одну бровь и дала понять сыну, что слушает его. – Твоя внучка – фригой!
Эта новость заставила и Айлу вскочить с места. Она бросила растерянный взгляд на Булла, который тоже выглядел поражённым. Айк до сего момента не посвящал семью в подробности похищения Мэдди, но теперь скрыть что-то было уже почти нереально.
– У Элены и Огдена родилась совершенно особенная девочка, – с нежностью в голосе начал Бурелом. А вот такие изменения в его лице Лайла уже не раз видела, стоило этому бугаю вспомнить о племяннице. – Она выросла у меня на глазах. Я был ей другом и соратником. Я держал её на руках с первых дней, я её катал на спине и плечах, я рисовал вместе с ней, я одним из первых обнаружил её феноменальность. Она моя душа, моя кровь, мой родной человек. И пусть ты вышвырнула Элену из свой жизни, я оставил её в своей. Я не умею так, как ты, избавляться от людей.
– Айк! – взорвался Булл, чуть ли не бросаясь с кулаками на него.
– Я люблю тебя, мама, – сказал Бурелом, отодвигая брата в сторону, – но этого поступка понять не могу. Да, ты стала главой семьи, но в случае с Эленой ты перегнула палку. Огден очень любит её, очень. Он, возможно, не самый приятный человек, но он ни разу не обидел своих девочек.
– Разговор сейчас не о них, – прервала сына Айла.
– Да, не о них, – согласился Бурелом, – а о девушке, которая стала моей судьбой. Так сложилось, мама. Мы своими чувствами не управляем, не выбираем, кого любить. – Он осторожно подал руку Стуже, будто боялся, что она не возьмёт её, но Лайла крепко сжала его пальцы и встала рядом с ним. – Ты обвиняешь Лайлу, но она здесь ни при чём. Она борется за жизнь девочки, которую даже не видела ни разу. Лайла рискует собой и своим благополучием, чтобы помочь мне. И ей всё равно, кто родители Мэдди. Она не смотрит на смешение крови, на расы и даже не обращает внимания на гонор Шелпстона. Да, сначала он угрожал Лайле, но потом она сама пожелала продолжить поиски моей племянницы. Обвиняя её в безнравственности и отсутствии скромности, ты заблуждаешься. Лайла пришла ко мне ночью, но не для того, что ты подумала. Она бы в жизни не стала делать ничего подобного, зная, что вы все поблизости. Ей нужен был покой, и я счастлив, что она нашла его рядом со мной! Я горд оттого, что стал тем, в ком Лайла находит утешение. Её семья не имеет предубеждений, они приняли меня как друга, потому что увидели во мне прежде всего человека.
– Дело ведь не в этом, – уже мягче сказала Айла. – Совсем не в этом, Айк! Неужели же ты думаешь, что Огден не по нраву мне лишь потому, что принадлежит к другой расе? Нет… и да. Не совсем так…
– Объясни, мама, – попросил Булл. – Мы все хотели бы знать.
– Элена ослушалась меня, – устало сказала женщина. – Но мои укоры были не в сторону её выбора Огдена как человека. Я боялась именно того, что случилось. Кровосмешение нередко приводит к уродству детей. – Бурелом опять чуть было не взорвался, но Айла остановила его, выставив вперёд руку. – Бывали разные случаи, ты знаешь не хуже меня. И я сейчас даже не уверена, что хуже: отклонения в развитии, физическое уродство или рождение фригоя.
– Мэдди не урод! – возмутился Айк, и Стуже снова пришлось крепко сжать его пальцы, чтобы хоть как-то успокоить.
– Да, но она могла убить свою мать! Любой дурак знает, что такая мощь временами высасывает из матери все соки. Элене повезло! Она бы уже давно умерла, если бы так случилось в их семье! Вот, что убивает меня; вот, от чего я пыталась предостеречь свою дочь! Мой гнев вызван лишь страхом за её жизнь!
Произнося эту пылкую речь, Айла не сразу заметила вину в глазах сына. Бурелом в ответ стиснул пальцы Стужи, и она тут же поняла, что дальше разговор будет ещё тяжелее. В кухне Дэррелов повисло тягостное молчание, и только благодаря ему мать семейства обратила внимание на безмолвие сына.
– Что? – дрогнувшим голосом спросила Айла и сделала робкий шаг к Бурелому. – Что ты ещё скрываешь?
Несколько раз Айк пытался выговорить хоть слово, но так и не смог. Он просто опустил глаза и захлопнул рот.
– То, чего вы опасались, случилось в семье вашей дочери, – выручила друга Стужа. – Силы неизбежно покидают Элену. Огден практически уничтожил себя и свой бизнес, влезая в долги, чтобы облегчить участь жены. Они оба сейчас сломлены, поскольку к этой беде присоединилось и похищение дочери.
Айла зажала рот рукой, а потом зажмурилась. Слова Стужи причинили ей боль. Женщина из последних сил держала себя в руках.
– Мама, – окликнул её Айк. – Ты нужна Элене.
– Почему? – прошептала она. – Почему ты раньше мне не сказал?
– Ты не велела упоминать об Элене, а она не разрешала мне рассказывать, чтобы ты не волновалась.
– Разве можно о таком умалчивать? – вклинился Булл. – Разве Элена только тебе семья?
