Чувствуя неминуемость некой беды, Лайла приблизилась к Айку, пропуская через себя всю его боль. Глаза Бурелома смотрели на неё с такой надеждой, что Стужа не выдержала и крепко поцеловала его. В этот момент внутри у неё что-то будто обрушилось, и эмоции хлынули сплошным потоком. Нежность, восторг от сладости его губ, трепет собственного сердца от ощущений настоящей близости. Этот поцелуй стал откровением для обоих. Оторвавшись от него, Стужа почувствовала, что вот-вот расплачется. Так сложно оказалось совладать с взбунтовавшейся и победившей козни Кризеля любовью.
– О боже! – выдохнул Айк. – Ты чувствуешь? Я вижу это в твоих глазах. Что случилось? Как это произошло?
– Я так испугалась, что ты не выдержишь, – призналась она, – так отчаянно хотела тебя поддержать, убедить, что мы спасём Мэдди или погибнем. Я желала, чтобы ты верил. Мы справимся.
– Я верю, – осторожно целуя её снова, прошептал он. – Мы есть друг у друга и у Мэделин. Во что бы то ни стало мы вырвем её из лап этих монстров.
Дальше Стужа и Бурелом молча наблюдали за происходящим, Айк – сжимая кулаки, а Лайла – прикусив нижнюю губу. Зрелище было отвратительным скорее всего только для них.
Как только объявили долгожданный лот, в зале начался хаос. Покупатели вскакивали с мест, пытаясь опередить друг друга, предлагая каждый свою цену. Добрых минут пятнадцать ушло на то, чтобы их утихомирить. Стужа время от времени бросала взгляд на Кризеля, который всё с той же хищной ухмылкой смотрел на собравшихся. Сам он, как и предполагалось, в этой гонке не участвовал. Видимо, даже у короля подземного мира не было таких средств. А впрочем, может, он и не собирался использовать Мэдди. У него явно были совсем другие планы.
Стужа не могла не думать о том, какие же именно. Зная его характер, она рискнула предположить, что с её помощью Кризель хотел первым попасть на Фирону, захватить её вместе со своими головорезами, а потом встретить всех остальных, кто посягал на давно забытый и заброшенный мир, во всеоружии. Лайле необходимо было снова поговорить с отцом, чтобы он напомнил ей, как именно потерялся в пространстве этот мир, первыми хозяевами которого были именно фригги.
На Мэдди было тяжело смотреть – она всё так же не реагировала на происходящее вокруг нее, и Стужа сделала вывод, что над ней поработал тот самый мардор, которого они с Айком видели. Девочка была словно в забытьи. Лайла не думала, что причина крылась в сохранении её душевного покоя. Скорее всего, всё было сделано для того, чтобы в участниках аукциона вдруг не проснулась совесть. Если жертва не сопротивляется, не плачет, её легче продать. Её состояние не рвёт душу покупателям. Какое лицемерие, какая жестокость…
Аукцион длился целую вечность – цена на фригоя росла так быстро, что у Бурелома глаза из орбит вылезали. Он дёргался, сжимал и разжимал кулаки, тихо ругался, а потом прятал лицо в ладонях, упрямо пытаясь сдержать эмоции. Стужа радовалась, что он помнил про план. Пусть он был ненадёжным, совсем сумасшедшим и абсолютно непродуманным, но он всё же был. Лайла в глубине души надеялась на удачу, что было чистой воды авантюрой.
Торги закончились под утро, когда все уже выдохлись и опустошили свои кошельки. Кризель был прав: здесь их не ждал сюрприз. Мэдди выкупили оннимы.
Эти существа были очень похожи на людей, за исключением одной детали: на обеих ладонях у них имелось ещё по одному глазу. Жутко было наблюдать за тем, как они выставляют их вперёд во время разговора с кем-либо и словно сканируют собеседника. Они не вторгались в мысли как мардоры, не были импульсивными и быстрыми как калдоры и бунны, не выглядели омерзительными как витры. Эмоциональным фоном оннимы походили на фриггов, только чувств своих не прятали: они ими просто не обладали. Для этого народа были важны прогресс, вечное движение вперёд, наука да совершенствование самих себя и собственной жизни. Ровные, спокойные, эмоционально ни к чему не привязанные.
Один из них, разодетый как король – в тяжёлой бледно-голубой мантии и тонкой работы серебряной короне на голове – спустился на арену за своим товаром.
– Что дальше? – спросил Айк.
– А дальше самое сложное. Я так понимаю, создан коридор для тех, кто покупал лоты. Это для безопасности, чтобы на выходе кто-нибудь не решился ограбить счастливых обладателей
– На этот коридор ты и рассчитываешь? – шепнул он.
– Да, нас, всех вместе, сейчас по нему выведут. Мэдди последней. Наша задача как-то задержаться, чтобы я создала портал и впустила наших друзей. А там только отбивать девочку.
– Хорошо, – поднимаясь с места, сказал Бурелом. – Я готов.
– Я вижу, – вздохнула Стужа, глядя на воинственного друга. – Будь, пожалуйста, осторожен. Не пори горячку. Нужно всё сделать без эмоций. Справишься?
– У меня есть ты, справлюсь, конечно.
Стужа не знала, как отнестись к этим словам. То ли он имел в виду, что она настолько холодна, что и его охладит, то ли он надеялся на её острый ум.
