– Кстати, самое время переиздать вашу книгу в Мюнхене, – как ни в чем не бывало развивал свою идею генерал Коллер, – который пора объявить временной столицей рейха.
– Не о книге сейчас речь, генерал, не о книге! – попытался урезонить его Геринг.
– Если появляется новый вождь, причем появляется вне Берлина, значит, должна быть новая столица и новая «Майн кампф». Она у германцев уже есть. Вот только переиздавать ее следует срочно, пока из рейхсканцелярии не последовал приказ срочно издать вторую, до сих пор не изданную книгу Гитлера[54].
– Разве он все еще не сжег ее? – мгновенно отреагировал рейхсмаршал, иронично ухмыляясь.
– Опасаясь такой возможности, Борман позаботился о запасном экземпляре машинописи.
– Значит, все-таки не сжег. Хотя угрожал сжечь.
– Борман не позволил бы ему этого, – заверил его генерал Коллер.
– Что вы заладили: «Борман, Борман…»?! – поморщился Геринг, но потом вдруг оторвал взгляд от стола и задержал его на лице генерала. – Или вам уже не терпится оказаться в роли Бормана? А, партайгеноссе Коллер? Рейхслейтер Коллер?
– Если в этой роли окажусь не я, беспредельно преданный вам человек, то в ней окажется кто-то иной, но уже не преданный вам.
– Ладно, генерал, ладно, – примирительно усмирил его Геринг. – Так, говорите, рукопись второй книги фюрера все еще не сожжена?
– Абсолютно точные сведения. Фюрер ее не сжег. И сейчас Борман подумывает о переиздании ее в виде секретного оружия возмездия, правда, всего лишь идеологического.
Это сообщение, как и тон, которым генерал изложил его, заставили Геринга задуматься. Еще несколько мгновений назад он готов был решительно отказаться от замысла Коллера, но теперь с отказом решил не торопиться. С этим всегда успеется.
– Не спорю, это заманчиво, – искал он пути к отступлению.
– Гитлер думает о том же. Но издание его «Майн кампф – II» было бы сейчас нежелательно. Не ко времени, скажем так. Да фюрер и сам это понимает.
– В таком случае действительно можно подумать о переиздании моего «Построения нации».
– Что было бы очень ко времени, – вмиг оживился генерал, и в глазах этого авантюриста вновь зажегся огонь надежды, огонь удачи. – В то время когда звезда Гитлера закатилась, на небосводе рейха воспылала звезда нового вождя нации, нового теоретика национальной государственности, нового идеолога.
– Полагаете, что публикация моей книги может вызвать такие решительные настроения?
– Это неминуемо. Рейх не может существовать без фюрера.
– Только издавать нужно со значительными переработками, – предостерег Геринг генерала, тоже зажигаясь самолюбивой страстью славы.
– Второе, дополненное издание – так это обычно называется. Я уже консультировался тут с одним местным писателем, который успел поработать в мюнхенском издательстве.
– Я так понял, что вы уже нашли человека, готового помочь мне в доработке книги.
– Профессионала я нашел, мой… господин Геринг. Хорошего профессионала своего дела. В аннотации, а еще лучше, в вашем вступительном слове будет объяснено: необходимость в переиздании была вызвана тем, что многие из ваших предсказаний сбылись, а на многие события и явления вы теперь смотрите с высоты приобретенного опыта полководца и вождя нации, ее идеолога. Именно так, мой фюрер, – решился наконец генерал на это, столь трудно дающееся ему, обращение «мой фюрер», – с высоты приобретенного опыта полководца, идеолога и вождя нации. Каждый, кто прочтет вновь изданную книгу, убедится в правоте ваших слов.
– В таком случае мне следует еще раз прочесть книгу. Хорошенько осмыслить ее, исходя из того, в какой ситуации оказался германский народ в конце правления Гитлера.
– Прежде всего вам следует дать согласие на ее переиздание.
– Видите ли, генерал. Слишком мало времени для того, чтобы сосредоточиться на ее переработке.
– У вас будут надежные помощники и консультанты. Если понадобится, целый штат помощников и консультантов.
Декабрь 1944 года. Атлантический океан. Борт субмарины «U-1230» (позывной – «Колумбус») из состава секретного соединения субмарин «Фюрер-конвоя».
Поздно вечером в каюте Штубера зазвонил телефон внутрикорабельной связи.
– Господин штурмбаннфюрер, – услышал он грустный голос командира субмарины Штанге. – Поступила радиограмма. Только что шифровальщик положил мне на стол ее расшифрованный текст. В нем содержится кое-что такое, что может нам не понравиться.
– От нас требуют завтра же взять штурмом Буэнос-Айрес?
– В определенном смысле, – не воспринял его шутки капитан-лейтенант.
– Так направляйте туда свою последнюю торпеду, капитан-лейтенант, и пусть вся Аргентина содрогнется!
– Вы умеете сохранять чувство юмора, мне это уже известно, – признал Штанге. – Но давайте убедимся в этом еще раз. Жду вас в каюте, нужно решить, как вести себя дальше.
Когда Штубер вошел в каюту, Штанге опустошал вторую рюмку коньяку и выглядел слегка озадаченным.
