Не слишком верится, но задерживать подругу больше не хочется, так что я отключаюсь, ставлю будильник и отбрасываю телефон в сторону. А затем заползаю под одеяло, вытянувшись на новом, пока чересчур гладком и специфично пахнущем белье. Спать-спать-спать. И ни о чём не думать. Как бы только освоить эту секретную методику, а?
Как успевать учиться, работать и заниматься домашними делами? Пока правильный ответ — никак, но я с ним примиряться не собираюсь, пытаясь найти хоть какое-то подобие равновесия. Потому как дело не в невозможности подобного вообще, а скорее в разленившемся за два месяца организме, который не хочет входить в колею, а жаждет и дальше предаваться бренности и шатанию.
К концу недели старания дают свои результаты, мне даже удаётся договориться с несколькими преподавателями о посещении занятий с другими группами и освободить, таким образом, вторую половину вторника и четверга. Квартира к этому времени отдраена до адекватного состояния, остаётся только поддерживать порядок, что не так сложно. А готовка по методу день первое, день второе, устраивает всех жителей нашего теремка, включая Люциана, который к Вискасу стал практически равнодушен.
И, в общем-то, всё было хорошо, но… Но в воскресенье, расположившись за столиком фуд-корта в компании вытащившей меня на обед Дашки, я чувствую себя выжатым лимоном.
— Да ешь ты уже эту картошку, хватит в ней ковыряться, — подруга, успевшая расправиться не только с собственной порцией фри, но и с куском пиццы, страдальчески закатывает глаза. — Ау, Земля вызывает Кристину.
— Отстань, я спать хочу, — я зеваю в подтверждение сказанного, прикрыв рот ладонью. — С половины девятого на ногах.
— И кто виноват? Я тебе сразу сказала, бросай работу, ты не на заочке учишься, чтобы совмещать.
— Два года мне это отлично удавалось!
— Два года у тебя не было преддипломного курса. Крис, у вас пока только начитка идёт, дальше будет хуже. Ты к сессии ноги протянешь. Я и без работы на зомби похожа была.
Я вновь зеваю, а потом кладу в рот пару долек картошки и жую их, почти не чувствуя вкуса. Спорить лень, тем более в словах Дашки есть резон, но терять заработок, пусть и не самый великий, совсем не хочется.
— Мама тоже говорит бросать, — признаюсь, наконец. — Но там машину ещё покупать придётся, опять траты. Не хочется их обременять лишний раз.
— Нафига тебе машина? До корпуса три шага, проще пешком, — счастливая пассажирка девяностого маршрута теребит кончик косы.
— Ну не вечно же я буду у Котова жить. Найду квартиру где-нибудь в Северном, вот оттуда на автобусе кататься весело, ага.
На самом деле, хоть я и не обдумывала эту тему серьёзно, она всё равно периодически возникает в мыслях. Пока меня всё устраивает, но продолжаться вечно так не может и причин этому — тысяча и одна. А значит, рано или поздно, придётся искать новое обиталище. Год бакалавриата, два — магистратуры… За это время столько всего может измениться, даже предполагать не берусь.
— А вообще у вас как? Не попереубивали друг друга?
Дашка в курсе лишь того, что ей рассказывали мы с Лизой, но и этого хватает, чтобы представить то поле битвы, в которое мы с Феем способны превратить его трёшку. Но, как ни странно, не превратили. Хотя да, второе же совместное утро началось с привычной перепалки, подтвердив Лизаветины предположения и успокоив мою душу. Всё-таки к такому Котову я привыкла больше, чем к пытающему проявить джентльменскую часть натуры, доселе скрытую под семью печатями.
И на вопрос развожу руками:
— Как видишь. Но там, правда, ничего нового. А вот Ник вчера какой-то загруженный был. Поругались?
Приходит черёд подруги заинтересованно копаться в содержимом собственного подноса.
— Проблемы в Раю?
— Скажешь тоже, в Раю…
Скажу. Непременно скажу, как и любой, кто хоть раз видел эту парочку неразлучников. Они же словно созданы друг для друга, этакая российская версия инь-ян. Но Дарья, похоже, думает иначе.
— В том, чтобы встречаться с лучшим другом определённо есть свои плюсы, но иногда… иногда я думаю, должно же быть что-то кроме, верно? Кроме дружбы.
— Секс, — подсказываю я. Наверное, слишком громко, потому как дама за соседним столиком косится в нашу сторону на редкость неодобрительно.
Подруга же лишь отмахивается:
— С этим тоже всё отлично. Просто этот штиль, он иногда надоедает. И хочется какого-то взрыва, надрыва… Не знаю. Не ровного такого огня, а знаешь, чтобы раз — и пламя до неба. Я дура, да? Когда-нибудь Никитка это осознает и найдёт себе нормальную девушку, которая будет любить его так, как он того заслуживает, а я останусь у разбитого корыта со своими мечтами о плясках у костра.
