Инородец, матушка, – наш родной отец! И Деля, припав к ногам старухи, затряслась в рыданиях. Уф! Аф! – выдохнула Секлетея и ища руками опоры, зашаталась на ногах. Кирсан кинулся к ней и поддержав усадил на сундук.
