И я разрешила давать ему кору делвена. Я заменила всех пажей, кто бегал для него с поручениями, заподозрив, что они приносят ему не только еду и питье. Три дня его поили настоем коры, и на четвертый кора заглушила его Силу. И он превратился… в старика. Доброго, но капризного старика. Мы снова позволили Шайн навещать его. До этого я не подпускала ее к нему, а он… он, похоже, не понимал, почему мы не даем ему видеться с дочерью. Он уже так плохо соображал… Разговаривал с портретом Шрюда. Ох, Фитц, боюсь, он так и умер в уверенности, что я была с ним жестока и отобрала у него дочь и Силу просто так, из жадности. Просто чтобы управлять им.
Я почувствовал присутствие Риддла. Должно быть, его разбудил ее плач. Ощущение было такое, будто он сомкнулся вокруг нее, как броня, кованая металлическая оболочка, защищающая и поддерживающая. Все и вся, чему вздумается причинить ей вред, будет иметь дело с ним. Я думал, что горе лишило меня дара речи, но тут у меня отлегло от сердца.
Хорошо, что Риддл рядом с тобой.
Да, хорошо. Я скажу ему.
Вы получили наши письма голубиной почтой?
Да, получили. Чейд так и умер, сжимая в руке письмо от Ланта. Не знаю, сколько раз Шайн пришлось перечитывать его вслух для него. Когда мы нашли Чейда мертвым, он улыбался. Безмятежно и счастливо.
Я вдруг спохватился:
Надо будет сказать Ланту… – А потом понял: Нет, я не смогу.
Ты правильно решил вначале. Ты должен сказать ему. Как я должна была сказать тебе.
Скажу.
Я еще не знал, как и когда скажу, но решил сделать это. И Спарк тоже. Возможно, в эту минуту я стал лучше понимать, почему Шут не желал говорить со мной о своих снах. Мне не хотелось сообщать им эту новость. И в то же время мне отчаянно нужно было поделиться с кем-то своим горем, словно это было бремя и часть его можно было переложить на плечи других, кто обязан нести его.
Да, сказала Неттл. И я рада, что ты жив. Все последние несколько дней я снова и снова пыталась дотянуться до тебя. Но никому из нас это не удавалось, и мы начали опасаться худшего.
Я ведь на живом корабле. А он такой… вездесущий. Даже общаясь с Неттл в Силе, я чувствовал, как корабль подслушивает. Прости, что заставил вас волноваться.
Я все понимаю. Прямо сейчас разбужу Дьютифула и скажу ему.
И тут я, сам того не желая, вывалил на нее собственные новости:
Шут видел во сне, что Би жива. И знаешь, что случилось, когда в прошлый раз я попытался поговорить с тобой и между нами вклинился Чейд? Я почувствовал присутствие Би. Я узнал ее.
Ветра всех миров дули между нами, и волны с тихим шорохом накатывали на все побережья. Какую новость было труднее принять? Что Чейд мертв или что Би, возможно, еще жива?
Потрясение Неттл волной накрыло меня.
Где она? Что с ней? Над ней издевались? Она думает, что мы ее бросили? Как она смогла остаться жива, пройдя сквозь столпы Силы? Как вообще могло такое случиться, что она жива, когда мы оплакали ее много месяцев назад?
