– Примерно в год рождения Люси сиэлиец покинул царство и переехал на постоянное место жительства в государство Меглинесс, – приступил к делу я без лишних формальностей. – Поселился он в городе Маэглич и до определенного времени жил спокойно. Но все эти годы, пока он проживал там, происходили убийства девушек. Не знаю, как обстоит дело с другими городами, но конкретно в Маэгличе их прикрывал местный сеньор. Сначала убивали просто красивых, но впоследствии, вероятно, появились определенные критерии. Суть в другом, полгода назад его обнаружили, именно в этот момент прекратились убийства девушек во всем Меглинессе и начались в столице Сумеречной империи. После проведенных пыток над вашим соотечественником, он рассказал о рождении ребенка в Сиэлии. Почему именно Люсия? Почему жрец убежден в том, что она подойдет идеально? И последнее: кем был незнакомец?
Правитель удивленно заморгал, совсем как Люсия, когда узнала что-то новое. Нервно коснувшись подлокотника кресла, он сдержанно поинтересовался:
– Вы узнали его имя?
– Вы и скажете, – ответил я. Друзья решили не влезать в «семейный» диалог.
Сотворил иллюзию, демонстрирующую ему того самого сиэлийца. Лицо Греслава тер Коутена начало стремительно белеть. Точно знает.
– Он служил царскому роду, – словно через силу произнёс он, впервые отводя взгляд.
– Ура! – без смеха провозгласил Райан.
– И кем он был? – помог я, следя внимательно за мимикой «тестя».
– Архивариусом. Архивариусом нашей семьи. Он исчез спустя несколько месяцев после того, как родилась Люсия, но не просто исчез, а еще и уничтожил большую часть записей. Мы не поняли, что именно он скрыл.
Лжет. Очевидно. О чем же он умалчивает? Точно не насчет профессии архивариуса, это как раз правда. Попробовал еще раз проникнуть в память, не вышло. Как они скрывают свои мысли? Раздражает все. Люсии ментальное воздействие причиняет боль, да и не знает она ничего, остальная часть семейки какая-то неприкасаемая.
– То есть сбежал царский архивариус? – уточнил Райан.
– Да.
– Странно все это. Что вы скрываете? – подозрительно осведомился оборотень.
В отличие от меня, он церемониться не любил.
– Не понимаю, о чем вы, – скупо ответил мужчина.
– Хорошо, другой вопрос, – продолжил Ханрикс. – Пятьсот лет назад в вашей семье был еще один человек. Тот, который спасся во время резни в посольстве, спрятавшись в ковер. Но, – оскалился Рай, – я тут всю ночь копался в записях, и знаете что? Спасшимся действительно оказался обладатель рубиновых глаз, но во время смерти у него уже не было их, что с ним произошло? Куда исчезли его глаза?! – подался он к столу, опираясь на него двумя руками.
Райан выполнил мою просьбу и отыскал свидетельства о сиэлийце, с которого и начался религиозный раскол. Надо же, не знал, что он так быстро это сделает.
– Вы про личность Рубилила тер Коутена? Князь сиэлийский, у него действительно были рубиновые глаза. Неприятная история, конечно. Вернувшись на родину после произошедшего в посольстве, он выколол себе глаза и уничтожил их.
«Больные ублюдки», – пронеслась быстрая мысль. Судя по ошарашенным лицам моих друзей, подумали мы об одном и том же.
Как можно сдержаннее поинтересовался:
– И зачем он это сделал?
Хотя была вероятность, что он понял о том, что охота идет на эти проклятые глаза. Жестокий по отношению к себе, но действенный способ от них избавиться.
– Страх. Он боялся, но не за жизнь свою, – шепнул мужчина.
– У князя пятьсот лет назад был дар защиты, – вмешался Райан. – Почему никто не попробовал убить жреца? С таким даром можно стать неуязвимым, Руби даже не попытался замочить Лесиха, это трусость.
– Он сходил с ума, думал, что за ним гонятся.
– Из-за этого он и выколол себе глаза? Из-за простого страха за свою жизнь? – поинтересовался Даллан, устало восседавший на одном из диванов.
– Или, – добавил я, – если мыслить более масштабно, он, зная, что ищут глаза, не дал возрождению произойти. Тогда это не трусость, а вполне продуманный ход.
– Боюсь, нам не узнать мотивов, которые двигали моим горе-родственником, но глаза он уничтожил с помощью драконьего огня. И только тогда его душа, наконец, успокоилась.
– А Росслав нер Гартар был братом вашей жены, я прав?
– Мы с Анной троюродные, он был ее братом, но царская кровь, как и у моей супруги, у него присутствовала.
– Ген только у царской семьи или у княжеств?
– У господ, – не без плохо скрытой гордости ответил мужчина. – Редко, но драгоценные глаза были у крестьян, в основном они присущи Высшим.
«Давай, лги еще больше. Поубивали крестьян, а на аристократов сил не хватило, поэтому попытались сделать их предметом гордости», – хмыкнул про себя.
Странно, что оба известных нам случая появления драгоценных глаз относились к Сиэлии. И Лесих искал ответы на вопросы у сиэлийца. К тому же и рубиновые глаза, и гиацинтовые имели дары: защиты и истины. Надо обдумать это. Химеры – выходцы из Сиэлии? Вполне логично.
– Остался последний вопрос, – прервал Райан мои размышления. – У вашей дочери есть магия, я прав?
Я удивился, но не продемонстрировал этого, сиэлиец сдержался тоже и равнодушно переспросил: