Рядом с широкоплечим, с львиной гривой черных волос гипнотизером Филлип выглядел совсем худым и тщедушным. Лиллиан подумалось, что мощная мускулистая фигура месье Лекока — один из секретов эффектности гипнотизера. Казалось, он подавляет собой юношу, и тот буквально на глазах уменьшается в росте — гипнотизер же, напротив, растет.
— Итак, Филлип, — сказал он своим низким звучным голосом, легко долетавшим до последних рядов, — как чувствуете себя нынешним вечером?
— Хорошо, благодарю вас, — ответил молодой человек, хотя с каждой минутой он выглядел все хуже. Его левое колено дрожало, зубы были стиснуты, а лоб усеяли крупные капли пота.
— Расслабьтесь! — скомандовал месье Лекок, сжав обеими ладонями плечи Филлипа. Видно было, что этот резкий жест напугал юношу, но едва его глаза встретились со взглядом гипнотизера, тело молодого человека обмякло. Лиллиан испугалась, что сейчас он и вовсе упадет навзничь, но гипнотизер цепко держал юношу.
Лекок продолжал пристально глядеть в глаза Филлипа, пока лицо юноши не расслабилось, а веки не начали опускаться. Наконец глаза его закрылись, и обмякшее тело стало падать. Зал ахнул, но месье Лекок подхватил юношу и умело усадил бесчувственное тело на стул. После этого он обернулся к залу, не обращая ни малейшего внимания на юношу, неловко, будто во сне, замершего на стуле.
— Энергия человеческого разума вещь поистине удивительная! Мы только-только начинаем подозревать, на что она способна.
Девушка из третьего ряда взволнованно укусила собственный кулачок, но Лекок наградил ее успокаивающей улыбкой.
— Позвольте уверить вас, дамы и господа, что с юношей, которого вы видите перед собой, не случилось ничего плохого. Он не спит и не потерял сознание, но всего лишь пребывает в состоянии глубокой расслабленности. И сейчас он в высшей степени подвержен внушению. Позвольте, я продемонстрирую.
Гипнотизер повернулся к сидящему юноше:
— Филлип, вы знаете какое-нибудь стихотворение наизусть?
Юноша кивнул, не открывая глаз.
— Не прочтете ли его для меня?
Филлип поднял голову с по-прежнему закрытыми глазами и начал читать громким и уверенным голосом:
— Роберт Браунинг, если не ошибаюсь? — с улыбкой спросил гипнотизер. Филлип кивнул. — Отлично! — сказал месье Лекок. — Не ошибусь ли я, если предположу, что эти строки относятся к вашей очаровательной юной спутнице?
Филлип вновь кивнул, по-прежнему не открывая глаз.
Лиллиан перевела взгляд на девушку в третьем ряду. Покраснев до корней волос, бедняжка пыталась прикрыть лицо платочком.
— А теперь, если желаете, можете открыть глаза, — сказал гипнотизер. Юноша подчинился, слепо глядя в пустоту, будто все еще пребывая в трансе. — Очень хорошо, Филлип, — вы замечательный материал. Могу ли я предположить, что в случае необходимости вы вполне могли бы залаять по-собачьи?
Филлип кивнул.
— Так не соблаговолите ли продемонстрировать?
В следующее мгновение молодой человек пронзительно и отрывисто залаял — точь-в-точь как настоящий терьер или спаниель. Из зала донеслось несколько смешков.
— Может статься, вы могли бы и кудахтать как курица? — спросил месье Лекок.
Юноша немедленно ответил на это куриным кудахтаньем, весьма похожим на настоящее.
— Мне хотелось бы, чтобы вы попробовали повторить и движения курицы — сможете? — спросил гипнотизер.
Филлип спрыгнул со стула и, присев на корточки, стал расхаживать по сиене, размахивая руками как крыльями, то и дело останавливаясь, чтобы поскрести пол ногой и нырнуть к нему носом, будто видел под собой не доски, а земляной пол курятника. Зал взорвался хохотом, который стал еще громче, когда гипнотизер сообщил, что у него в руках жирный сочный червяк, а юноша тут же жадно схватил воображаемое угощение и проглотил его с видимым удовольствием. Не смеялась только девушка из третьего ряда, на ее лице застыло выражение ужаса и крайнего изумления.
— Просто великолепно! — воскликнул месье Лекок. — А теперь последнее испытание, с вашего разрешения.
С этими словами гипнотизер извлек из кармана фрака длинную тонкую иглу:
— Вы позволите мне вонзить эту иглу вам в руку?
В зале раздался протестующий ропот, несколько женщин выкрикнули: «Нет!»
Гипнотизер поднял руку, призывая к молчанию:
— Я уже обещал вам, что Филлип не пострадает, так что почтительнейше прошу довериться мне. — И он вновь повернулся к юноше: — Вы разрешаете мне ввести эту иглу в ваше тело?
Филлип кивнул, все так же бессмысленно глядя в пустоту. Гипнотизер шепнул что-то ему в ухо, и юноша повторил кивок.
