Она нетерпеливо притопывала ногой, пока Мелос быстро затягивал на ней ремни и застегивал петли бронзового посеребренного панциря. Потом зять опоясал ее мечом.
- Готово, - сказал он, поднявшись. - Едем на битву?
По глазам Мелоса царица поняла, что он сам все уразумел. Поликсена кивнула.
- Именно так… Мне нужны будут Алфей и Нестор, а еще отбери шестерых человек, кому сам доверяешь. Если там, на берегу, персы все кончат без нас, хуже и представить нельзя!
Мелос кивнул и быстро ушел.
Поликсена, бряцая доспехами и заново приспосабливаясь к ним, прошлась по комнате. Потом с осторожностью извлекла из обсидиановых ножен клинок и, проведя по лезвию пальцем, взмахнула мечом, со свистом рассекая воздух опочивальни. Режущая кромка затупилась, и наточить уже некогда… но оружие не заржавело, и то хорошо.
Убрав меч в ножны, коринфянка вдруг заметила раба, который так и не ушел, - с разгоревшимся от восторга лицом Делий глядел на свою царицу, точно на Афину Палладу. Клео, наоборот, была слишком явно испугана. Поликсена улыбнулась.
- Ты умеешь ездить верхом? - спросила она Делия. Она не ожидала, что раб это умеет; но, к ее радости, он кивнул.
- Да, госпожа! Я раньше служил младшим конюшим!
- Тогда сейчас поедешь с нами. Я скажу, чтобы тебе дали коня.
Это, конечно, могло им помешать… если бы конь заартачился, не признавая нового седока; и сам Делий мог оказаться неопытным наездником, несмотря на свои слова. Однако Поликсена почему-то ощущала, что поступает совершенно правильно. Делий был заоблачно счастлив, услышав приказ хозяйки. Вот кто действительно заслуживал свободы - возможно, этот юноша стал бы ее помощником и оруженосцем…
Явились Мелос, Алфей с Нестором и еще шестеро воинов-ионийцев. Поликсена, быстро оглядев их, кивнула.
- Поедем на берег, встретить чужих и наших персов… говорить буду я, а вы держитесь позади и глядите в оба, - предупредила она.
Ионийцы переглянулись, суровые, как перед боем. И Алфей сказал:
- Мы все поняли. Можешь на нас положиться.
Воины вышли, а Поликсена еще задержалась - взглянуть на себя в зеркало. Она расправила длинный разрезной хитон, откинула назад волосы, перевитые на висках кожаными ремешками и заплетенные в косу. Гордо подняла голову, довольная своим отражением.
- Ну, вперед.
Сделав знак Делию, который остался в ее спальне вместе с Клео, Поликсена направилась к выходу. На пороге обернулась на служанку.
- Жди здесь.
- Да, царица, - сказала Клео.
Делий вышел следом за госпожой; и в дверях он, так же, как и Поликсена, оглянулся на Клео. В глазах молодого раба была откровенная ненависть. Неужели запомнил, как Клео в тот день задержалась после прогулки, и подозревал ее в предательстве, - или, быть может, эта девушка чем-то сильно насолила ему самому?..
Поликсена приказала себе немедленно забыть об отношениях с прислугой. Времени оставалось совсем мало. Царица и ее свита покинули дворец и сели на лошадей: Делий взобрался на коня не очень ловко, но животное оказалось смирным, и юноша скоро приноровился.
Они поскакали в гавань. Обычно в городе было спокойно, но сейчас спутникам царицы пришлось расчищать ей дорогу. Улицы были заполнены народом. Люди кричали, метались, готовясь не то спасаться бегством, не то запереться в домах; из уст в уста передавались слухи о вражеском вторжении, один ужаснее другого. Кто-то из милетцев, победнее видом, вслух молился, упав на колени прямо посреди площади и воздевая руки к небу; а кто-то громко проклинал день и час своего рождения.
Когда в этой толпе узнали Поликсену, на лоснящемся черном коне, сбруя которого звенела серебряными монетами царской чеканки, послышались угрозы. Воинам царицы пришлось обнажить мечи и потребовать пропустить ее. Блеск благородного оружия устрашил чернь.
- Госпожа за вас поехала биться, неблагодарные свиньи! - с горечью выкрикнул Мелос.
Толпа глухо заворчала, но приблизиться или сказать что-либо непочтительное никто больше не осмелился. Всадники достигли закрытых северных ворот, возле которых происходила сумятица, - ионийские стражники бранились с кучкой персов, которые требовали, чтобы их выпустили из города. Поликсена увидела, что еще немного - и в ход будут пущены мечи. Она натянула поводья: Флегонт, всхрапнув, поднялся на дыбы…
- Эй, вы! Пропустите свою царицу! - крикнула эллинка.
Воины у ворот оглянулись на повелительный женский голос; и, как всегда, явление наместницы, в ее алом наряде и на черной лошади, поразило всех и заставило забыть о своих раздорах. А когда собравшиеся увидели, что на ней броня, изумление дошло до крайности.
Поликсена со своими спутниками проехала мимо присмиревших как овцы вооруженных мужчин; она направилась на побережье. Отсюда были видны блестящие изгибы реки Меандр, которая впадала в море в западной части Гераклейской бухты, - голубое небо сливалось с морем, и не верилось, что тысячи людей готовы вот-вот сойтись в жестокой битве ради обладания этой красотой…
